Я тебе объявляю развод, майор!

Потому что он – мой! И нечего всяким смотреть…

А когда озвучила свои мысли, Ярослав утробно зарычал и потом ближайшие сутки доказывал, что я любимая, единственная, неповторимая и самая желанная. Так убедительно доказывал, что даже тени сомнения не осталось тогда.

– Рыжик, не сопи, – хмыкнул Яр, – я знаю, о чем ты думаешь. Ничего не изменилось, ты по-прежнему любимая, единственная и неповторимая. Доказывать могу начать прямо сейчас.

Учитывая, что находились мы в тот момент на довольно оживленной трассе, можно было с уверенностью сказать, что народ бы вокруг знатно впечатлился.

Ярослав молча протянул руку, сгреб мою ладонь в свою и переплел наши пальцы, сворачивая в знакомый проулок. Поцеловал кончики моих пальцев, обжигая горячим дыханием, и с неохотой выпустил.

У дверей кофейни уже стоял Олег – наш знакомый бариста – с двумя стаканчиками кофе на вынос и маленькой коробочкой. Яр открыл окно и забрал все у Олега. Один стакан и коробочку протянул мне и снова тронулся с места.

Я сделала глоток и блаженно зажмурилась.

– Кофе – это слишком личное. Его с кем попало не пьют, – подмигнул Яр, напоминая мне о нашей первой нормальной встрече.

Не в клубе, где он с коллегами напугал всех до икоты. Потом, через пару дней. Тогда у нас с подругами только зарождалась традиция собираться в кофейне. Мы назначили встречу, и я пришла чуть раньше. Заказав себе кофе, сидела за барной стойкой, когда ко мне неслышно подошел ОН. И предложил составить мне компанию. Тогда я ответила именно этой фразой…

Сглотнула и не смогла сдержать тяжелый вздох. Машинально открыла коробку, достала из нее пирожное и протянула Яру.

– Руки заняты, – посетовал муж.

Одной рукой он вел автомобиль, а вторая была занята стаканчиком.

И я, как это бывало раньше, повернулась и аккуратно поднесла пирожное к губам Яра. Он откусил кусочек, с хитрецой глянув на меня. Все так же сидя боком, я тоже попробовала именно его пирожное. Одно на двоих… Всегда было одно на двоих…

– У тебя крошки, – проговорила тихо, большим пальцем убирая несколько мелких крошек и крем с подбородка Шведова.

И в тот момент мне показалось, что до дачи мы не доедем. Глаза любимого мужа потемнели, кадык дернулся, а все тело напряглось.

Обстановка в салоне стремительно накалялась, и мне уже катастрофически не хватало кислорода.

– Сядь ровно, скоро начнется бездорожье, – хриплым голосом велел Ярослав.

Я завороженно кивнула, плюхаясь на сиденье. Кофе разлился, оставляя некрасивые кляксы на моих джинсах, но я уже ничего не видела и не чувствовала. Только собственное дыхание, тянущую боль внизу живота и дикую жажду по собственному мужу…

Ярослав сильно сжал челюсти, и я опасливо съежилась на сиденье, периодически косясь на супруга и на всякий случай отставив стаканчик в сторону.