Я тебе объявляю развод, майор!

К полуночи, злая и нервная, я уже не находила себе места от беспокойства. Наконец, раздался стук в дверь.

Намеренно медленно я потопала к двери, приняв самый скучающий вид. Не глядя в глазок, распахнула ее настежь. И глаза мои от удивления округлились, потому что на пороге стоял не мой дражайший супруг, а странная девица, раскрашенная, как новогодняя елка.

Высокая тощая блондинка с невероятно наглым взглядом, обведенным черным «смокиайс», тонким носом и ярко-красными напомаженными губами. Я и сама любила алый цвет на губах, но на этой дамочке он смотрелся вульгарно. Одета она была довольно стильно, что создавало когнитивный диссонанс между макияжем и образом девицы в целом.

– Вы квартирой ошиблись, – сказала я. – Вас, наверное, сосед сверху вызвал.

Этажом выше действительно жил молодой симпатичный парень, очередь из девиц к которому не уменьшалась, а прибавлялась с каждым днем. Как-то придя к бабуле, я наблюдала умилительную картину, когда две дамы не могли поделить моего соседа. Не вмешаться, конечно, не смогла, и в финале истории сосед заперся в своей квартире от двух разъяренных уже подружек. И думаю, что затаил обиду на меня, как на главную зачинщицу расправы над ловеласом.

– Я к тебе, – нагло заявила девица, входя в квартиру."

"– С какой целью? – нахмурилась я, автоматически делая шаг назад и смотря на девицу снизу вверх.

Кто-то свыше и так наградил девицу гренадерским ростом, но она не брезговала высокими каблуками.

– Поговорить, – оглядев меня с головы до ног, ответила незнакомка.

Пришла крамольная мысль, что это очередной консультант какой-нибудь косметической компании оборзел вкрай, но девица выглядела дорого и слишком уж нагло.

– Говори, – процедила я, скрещивая руки на груди.

– Я пришла поговорить о Ярославе! – объявила девица.

Мне с трудом удалось подобрать челюсть с пола и угомонить почему-то резко зашедшееся в груди сердце. Я решила уточнить:

– И что с Ярославом?

– Ничего. Дай ему развод, – напрочь обескуражила меня блондинка.

– С какой стати? – прошипела я, начиная закипать.

– С такой, что он – мой!

– И когда ты умудрилась себе его присвоить? И с какой целью пришла ко мне? Благословения просить?

– Стефа, – мерзко коверкая мое имя, сказала блондинка, – мы с Ярославом любовники! Уже давно. Но из-за того, что ты – дочь генерального прокурора, Ярик боится с тобой развестись.

Я наклонила голову, соображая. «Боится» и «Ярослав»? Мой муж когда-то не испугался влезть в квартиру генерального прокурора, к слову, на пятом этаже, а тут боится?

– … и я требую, чтобы ты оставила его в покое!

Первые слова блондинки я пропустила мимо ушей, но такое требование спустить не могла.

– Да требуй, конечно, – произнесла ровным голосом, хотя внутри все клокотало от злости.