Я тебе объявляю дружбу, майор

На неделе еще к моим родителям заедем… Не возражай, Марьяна, это бесполезно, – видя, что я открыла рот, махнул рукой Мирон.

И я снова промолчала, потому что таки да – бесполезно!

Глава 23

Мы вошли в квартиру Мирона, держась за руки. Майор запер дверь и развернулся ко мне, хищно сверкая глазами.

– Марья, я горю, – томно прошептал он, – я пылаю и практически умираю. Мне срочно нужен доктор!

– Я сейчас скорую вызову, – тут же закивала я и потянулась за мобильным, едва скрывая улыбку.

Мирон сделал шаг ко мне, ловя мою руку в полете. Схватил за запястье, рывком притянул к себе.

– Тебе лучше? – захлопав ресницами, полюбопытствовала я и склонила голову вбок.

– Мне хуже, – признался Мирон, – ничего не спрашивай, просто поцелуй меня!

Но тут же сами впился в мои губы жадным поцелуем. Я ощущала его прикосновения сквозь одежду так остро, что, казалось, даже подошвы сандалий раскалились добела и скоро растают, не говоря уже об одежде.

Он нагло вторгался в личное пространство, оставляя где-то на уровне тонкого тела клеймо принадлежности только ему. И я уже не возражала, полностью капитулируя перед его напором."

"Мирон прижал меня к себе, покрывая поцелуями щеки, заставил выгнуться и провел языком по шее, обдавая ее горячим порывистым дыханием. Майор прижал меня к стене, подхватывая одну ногу под колено и прижимая ее к своему бедру… Дразня, подался вперед и тихонько зарычал.

Снова впился поцелуем в губы, окончательно лишая воли и рассудка. Резкими, нервными движениями расстегнул пуговицу и молнию на моих джинсах и быстро нырнул рукой в трусики. Мгновение, и его пальцы надавили на чувствительный бугорок, заставив выгнуться как кошку.

Мир наклонился к моему лицу – слишком близко – и прошептал прямо в губы, ни на мгновение при этом не прекращая ласкать там, где уже завязывался тугой узел желания:

– Признай, Марьяна, что с дружбой ты погорячилась.

– П-погорячилась, – выдохнула я.

Сквозь туман желания я не сразу сообразила, чего от меня хочет мой мужчина, и готова была согласиться со всем и даже признаться в убийстве Кеннеди, главное, чтобы он не останавливался!

– Ты влюбилась в меня с первого взгляда, высочество! – продолжал Мирон.

– Угу, – кивнула я, закатывая глаза, когда почувствовала в себе два пальца.

Сильнее впилась ногтями в плечи Мирона и запрокинула голову, чувствуя приближение оргазма.

– Переедешь ко мне завтра? – нагло и вероломно продолжал майор, пользуясь своим положением.

– Угу, – снова промычала я, задыхаясь от того безобразия, что творила его рука.

– Всегда будешь слушать, что я тебе говорю…

Сил хватило только кивнуть.

– И никогда не будешь дружить с моей сестрой и ее подругами, да?

– Да-а-а… – простонала я, ловя яркие вспышки фейерверков перед глазами.