Я тебе больно (СИ)

Глава 48

Асти

— Ты так и будешь молчать?

Я даже вздрагиваю.

Вся наша дорога до офиса проходит в молчании. Заговорить не пытаюсь ни я, ни Марсель Рустамович. Багримов только без конца отвечает на чьи-то звонки, но ко мне не обращается. Поэтому, когда босс задаёт вопрос, я настолько этого не ожидаю, что мурашки пробегают по коже.

Мы уже выехали на дорогу, ведущую к офису. Осталось совсем немного, и я получу возможность засесть в туалете хотя бы минут на пятнадцать, где попытаюсь окончательно прийти в себя относительно всего того, что произошло сегодня на открытии гоночной трассы.

— А что вы хотите от меня услышать?

Наверное, это странно, но чем больше проходит времени после испытанных мной эмоций во время подставной аварии, тем сильнее я злюсь. На него. На то, что он не предупредил. На то, что вообще так рисковал. Уверена, какие-то риски всё же были!

Эта злость вытесняет страх и обиду. Точнее, обида трансформируется в ярость, а страх в желание самой убить этого ненормального человека!

— Например, — Багримов стреляет в меня взглядом, — понравилось ли тебе мероприятие? Почему так неожиданно убежала? Что скажешь относительно самого объекта?

— Мероприятие не понравилось. Убежала, потому что писать захотела. Насчёт объекта скажу ""нормальный"", — резко отвечаю, продолжая смотреть прямо перед собой.

И всё равно боковым зрением замечаю, как Багримов выгибает бровь.

— Ладно, — хмыкает он и сворачивает к въезду на подземную парковку.

Поскорее бы мы приехали. У меня уже нервы на пределе."

"Я боюсь, что сорвусь. А если я сорвусь, то мои чувства, которые я сама толком разобрать не могу, станут очевидными. Кроме того, он по-прежнему в первую очередь мой босс. Орать на начальника, наверное, так себе идея.

— А почему не понравилось мероприятие? Всё было настолько плохо?

— Вы не могли бы ехать побыстрее? — нетерпеливо спрашиваю вместо ответа. — Почему мы всю дорогу так тащимся? Вам же нравится скорость. Вы её обожаете. Могли бы и побыстрее ехать.

Вторая бровь Багримова тоже ползёт вверх.

— Вроде нормально едем.

— Ну, не так быстро, как вы на трассе махнули! Там вы блеснули! Мои аплодисменты, Марсель Рустамович! Вы произвели фурор! — выпаливаю с жаром, не в силах заставить себя заткнуться.

Господи, метров сто осталось, и я вылечу пулей из этой машины.

""Просто потерпи, Насть. Молча потерпи!""

Насть… Надо же, как быстро этот человек избавил меня от ненависти к собственному имени.

— Спасибо, конечно. Но почему ты говоришь об этом так, словно хочешь моей смерти?

— Вам же можно хотеть своей смерти, почему мне нельзя хотеть вашей?

Багримов паркует машину на свободном месте и поворачивается ко мне с откровенно недоуменным и хмурым видом.

— Говори.