Я стала злодейкой любовного романа

Просто уйди, оставь их… сами виноваты… получат по заслугам!»

«Нет, — решаю я. — Надо хотя бы попытаться!»"

"— Алан, перестаньте! — кричу. Он, конечно, меня не слышит. Солдат в его руке уже не скулит, висит как куль. Но ещё дышит, хоть и через силу. Принц продолжает сосредоточенно бить, словно перед ним не живое существо, а боксёрская груша.

Тогда я поднимаюсь и, добежав до Алана, касаюсь его плеча, говорю:

— Алан, прошу вас…

Он замирает, его мышцы как раскалённое железо, горячие и твёрдые. Я ощущаю это через ткань. Моё сердце мечется, вопя об опасности. Слишком мощные волны злости расходятся от Алана. Что, если он перенаправит агрессию на меня? Что, если...

— Идите в свою комнату, Виктория, — рычит принц, не оборачиваясь. — Мы поговорим позже.

— Нет, — выдавливаю я через страх. — Эти солдаты виновны, но они не заслужили… такого… Смерти. Просто немного заигрались. Уверена, они бы ничего не сделали.

— Неужели? — он разжимает руки, выпуская противника. Тот безвольно падает на траву. Принц разворачивается ко мне. Лицо его пугающее, с каплями чужой крови на подбородке и щеках, но зверя он не выпустил. Клыки втянуты. Только глаза горят нечеловеческим огнём ярости:

— Тогда почему вы плачете, Виктория? — он делает ко мне шаг, я отступаю.

— Испугалась.

— Но защищаете тех, кто на вас напал. С чего бы? — снова шаг вперёд.

— Не желаю им смерти…

— Да? А может, на самом деле, вам понравилось? Может, это вы их спровоцировали? Может, я всё неправильно понял, и вы просто развлекались?

— Что!? Как вы можете думать такое!?

Ситуация повторяется. Я снова прижата к стене, сверху завис оборотень. Вот только теперь я чувствую себя иначе. Меня колотит не только от страха, но и от чего-то ещё. Я чувствую, как ускорилось дыхание, принц тоже дышит часто, как после бега. Сердце тревожно тянет, ноет, чего-то просит. Внезапно, мне хочется протянуть к Алану руки, коснуться груди, провести по крепким плечам, впитать жар и напряжение. Я отталкиваю странные мысли, отгораживаюсь от них, но это совсем не просто. Желание настолько сильное, что приходится закусить губу, чтобы сдержаться. Неужели это влияние метки? Неужели...

— Что вы тут делаете ночью? — спрашивает он на выдохе. Его тело — один напряжённый нерв, сжатая пружина.

— Гуляла… — бормочу я.

— Гуляли?

— Да… Под звёздами. Они… красивые.

Звёзды и правда прекрасны. Они отражаются в глазах Алана, точно в штормовом океане. Принц глубоко вздыхает, а потом, точно на усилии, делает шаг назад.

— Идите в комнату, Виктория, — приказывает он. — Мы поговорим позже. Сегодня. Не торопитесь ложиться спать.

— А они…

— Завтра с ними разберусь.

Ярость понемногу отпускает принца, он смотрит на меня и ждёт.

— Спасибо… Спасибо за помощь, — бормочу, прежде чем направиться к лестнице.