Я согласна

Жизнь вместе повлекла бы за собой постоянный показ ее тела, всех его несовершенств, но даже ее первоначальный страх постепенно исчезал под влиянием общения с Джеймсом. Страх тем не менее не исчезал до конца, и дополнением к нему было раздражение от его стремления принудить ее к тому, чего она не хотела.

Оглядываясь на прошлое, она теперь думала, что сделала свой основной просчет, когда решила стать любовницей Джеймса. Она забыла, что ухитрялась сохранить с ним дружеские отношения все эти годы только благодаря сохранению своей личной жизни полностью отдельной от него. Сейчас, когда он стал ее любовником, ее профессиональная и эмоциональная жизнь страшно перепутались. И она опасалась, что разрыв с ним оставит зияющую дыру.

– Мэгги! – проревел Джеймс.

Мэгги схватила блокнот, ручку и поспешила к нему в кабинет.

– Ты знаешь, Джеймс, эта контора гордится необыкновенным изобретением, названным селекторной связью. Ты мог бы воспользоваться ею иногда.

– Люди слишком зависят от машин в наше время.– Он перевернул одну из кип бумаг в беспорядке разбросанных на его письменном столе, прежде чем в конце концов нашел то, чего он хотел.

Мэгги подхватила листы, которые попадали на ковер, и положила их обратно, поверх ближайшей кипы.

– Ерунда.– Она одарила его ободряющей улыбкой.– Нет необходимости бояться простой машины.

– Бояться!"

"– Селекторная связь не кусается. Все что ты должен сделать, это щелкнуть переключателем.

– Ты имеешь в виду, похоже, это? – Он повернулся к селекторной связи, наклонился над ней и закричал в нее.

Мэгги вздохнула, когда машина усилила его голос, и признала свое поражение. Она опять села рядом со столом и настороженно посмотрела на Джеймса. Она не доверяла ему. Он был слишком доволен собой. Но почему? Из-за ее окончательной капитуляции? Он должен знать, что ее нервы натянуты, как провода. Она остановила себя. Может быть, он вообще не хочет ее видеть?

– Я перепланировал пространство нашей конторы.– Он оттолкнул кипу бумаг в сторону и сел на письменный стол рядом с ней.

– Да? – Мэгги попыталась проигнорировать его приближение и потерпела плачевную неудачу. Аромат его крема после бритья дразнил ее так же, как жар его тела согревал ее кожу. Его коричневый шерстяной пиджак слегка задел ее руку, когда он наклонился вперед, и нежность, словно нож, пронзила ее.

Джеймс уронил карандаш и наклонился, чтобы поднять его, задев плечом ее ноги.

Мэгги напряглась, устремив взгляд на свои сжатые руки. Она знала, что он касался ее намеренно. Он делал, казалось бы, безвредные вещи, подобные этой, в течение всей недели.

– Так вот.– Он внезапно оживился, как если бы он на этот раз добился от нее всего, чего хотел. Я думаю, куда посадить Кору.