Я сломаю твою жизнь

Закричать?

– Хочешь спасти щенка? – задает вопрос Аркадий, как будто чувствует мой настрой. – Только ты можешь хоть как-то помочь ему.

Я хмурюсь, но молчу. Что он несет?

– Ладно, – Аркадий хлопает себя по коленкам и встает. – К делу. Диалога у нас не получается. Да он нам и не нужен. Я пришел по делу.

– Уходи, Аркадий, – наконец, произношу я. – Я не хочу тебя видеть.

– А придется, – усмехается он. – И видеть, и замуж выйти.

С ненавистью смотрю на него.

– Этого никогда не будет, – цежу сквозь зубы. – Никогда. Я…

– Прежде чем ты что-то скажешь, выслушай меня, – прерывает он. – Щенок твой под домашним арестом. Пока.

Я замираю и Аркадий это легко читает. Усмехается.

– Екнуло сердечко? – фыркает зло. – Так вот. Пока он проходит как свидетель. Пока, Анжелика, пока.

– За что? Бред какой-то, – я немного прихожу в себя.

– За участие в организации подпольного казино, – отвечает Аркадий.

– Но… это же ты… ты… Мне Тимофей рассказывал. Это ты! Причем здесь Тимур?

– Тимофей, Тимур, – сморщившись, произносит Аркадий. – Тебе не кажется, что в нашей жизни слишком много молодых и тупых? Короче, Анжелика. Оба этих придурка под подозрением и только ты можешь хоть как-то спасти их от тюрьмы.

Глава 40

Тимур

– Ну что? доигрался? – Давид заходит и с ходу толкает меня в плечо. Толкаю его в ответ. – Я же предупреждал! – рычит он. Давно я не видел старшего брата таким. Наверное, он прав. Я заслужил такое отношение. Но я не собираюсь показывать ему это.

– Ты зачем пришел? Нотации мне читать? Тогда вали отсюда! – отвечаю ему. – И так хреново! Без твоих нравоучений!

– Поогрызайся мне еще! – Давид толкает меня в комнату.

– Как мама? – спрашиваю я. – Отец?

– Мама. Мама в больнице, – отвечает Давид. – Врачи сказали пока там побыть, под наблюдением.

– Из-за меня? – обхватываю голову руками и больно натягиваю волосы.

– А из-за кого же? – бросает Давид. – Я уже, вроде, остепенился, – усмехается, а потом произносит серьезно: – ты хоть понимаешь, в какое дерьмо вляпался? Хоть сейчас башку включишь? Почему со мной не посоветовался? А?!

– Я уже взрослый, – отвечаю, глядя ему в глаза.

– Ты дурак, а не взрослый! – злится Давид. – Тебе реальный срок грозит! Ты это понимаешь?!

– Я не при чем! – кричу в ответ. – Я просто хотел найти того урода, который сделал это с Ликой!

– Да забудь ты пока о ней! Слышишь меня?! О себе подумай! Работу ты уже потерял! О матери подумай! Дурак малолетний!

Отворачивается и громко дышит. Пытается успокоиться. Я знаю Давида. Все, что он сейчас говорит мне, не со зла. Он и правда беспокоится за меня. Поэтому мне тоже надо перестать кричать.

– Я разговаривал со следователем, – уже немного успокоившись, произносит Давид.

Я молчу. Знаю, что он сам все расскажет.