Я не скажу тебе о сыне

"

"На мне была иллюзия, поддерживаемая не только моей слабой магией, но и куда более сильной магией Велии. Но слишком сильно изменить мою внешность мы не решились — ведь этот месье видел меня в моем подлинном состоянии, и значительные изменения могли его только насторожить.

— Ну, что же, сударыня, — он кивнул, давая понять, что готов принять и мою версию, и перестал обращаться ко мне «ваше величество», — в таком случае вам не составит труда доказать мне, что я ошибаюсь. Вы же понимаете — вопрос слишком серьезен, чтобы я мог поверить вам на слово. Вы так похожи на королеву Алессандру, и вы появились в Розенбурге примерно тогда, когда народу сообщили о ее гибели, что мои подозрения имеют под собой основания. А раз так, то я просто обязан поставить о них в известность королевский двор. Если я окажусь не прав, я принесу вам искренние извинения и выплачу ту компенсацию, что вы пожелаете.

— Что за чушь, месье! — не выдержала Лео. — Какие доказательства вас убедят? Мы приехали с самого востока Линарии, где нас многие знают, и если вы хотите в этом убедиться, то вам придется поехать именно туда.

— Нет-нет, сударыня! — возразил он. — Нам ни к чему проделывать путь через всю страну! Достаточно доехать всего лишь до Лимы. И уверяю вас, мы не станем поднимать никакого шума. Если кто-нибудь из тех, кто близко знал ее величество, подтвердит, что вы — не она, то я смиренно попрошу у вас прощения.

22. Ярость

Я не предложила ему присесть, и он так и стоял на некотором расстоянии от меня. Впрочем, шевалье де Ламаж тоже слушал это, стоя у дверей.

— Кто вы такой, сударь, чтобы требовать от нас чего бы то ни было? — холодно спросила я. — И это вам, а не мне, нужно собирать доказательства своей правоты. Но меня это уже совершенно не интересует.

На его лице напряженно заходили желваки. Я не знала, о чём думал в этот момент он, но для себя уже приняла решение — как только месье Ледюк удалится, мы соберем самые необходимые вещи и уедем из Розенбурга. Наверняка, Велия знает надежного проводника, который проведет нас через горы.

— Вы переходите всякие границы, сударь! — в голосе шевалье зазвучали гневные нотки. — Как вы смеете так разговаривать с благородной дамой? Мадам Бриссак сказала вам, что вы ошиблись, а значит, дальнейший разговор не имеет смысла, и нам с вами следует удалиться.

— Не смею возражать вам, шевалье! — смиренно поклонился Ледюк. — Только позвольте мне сказать несколько слов именно вам. Я уверен, что для вас, как для офицера, интересы Линарии стоят превыше всего!

Де Ламаж посмотрел на него с удивлением.

— Разумеется, месье!

— В таком случае, я должен сообщить вам еще один маленький секрет, о котором, я уверен, вы еще не знаете. У мадам Бриссак есть ребенок! Прелестный малыш одного года от роду.