Измена. Я не прощу (СИ)

Я, конечно, понимаю, что в случае, если все мое имущество перейдет к тебе, тебе нужна будет помощь Кира и его расположение, Но и обо мне все-таки не забывай. И вообще. Какие обеды? В то время, когда муж на работе, моя жена собирается для кого-то готовить? Это что вообще такое?

— Не переживай, — Кир снова подмигивает. — Я все не съем. Тебе тоже немножечко оставлю. Разве я могу отказать такой красивой девушке?

— Кир, вот я сейчас не понял.

И даже я не поняла. У Филатова что? И правда в глазах мелькнула ревность?

— Все. Обо всем после, — Кир примирительно поднимает вверх руку. — Нам пора к гостям.

Мы выходим и вся расслабленность будто остается в этом кабинете, когда мы снова оказывается в зале.

Невольно выискиваю глазами Марго. И Степанова, которого замечаю практически сразу.

Он о чем-то горячо спорит со своей дочерью. Так, что аж все лицо вздулось и побагровело.

— Кого-то ищешь?

Рус притягивает меня к себе за талию.

Шепчет прямо на ухо, обжигая своим дыханием.

Дергаюсь, но он притягивает меня к себе еще сильнее. А у меня там эрогенная зона, между прочим! И его горячий шепот… Действует так, что у меня подгибаются коленки на самом деле.

— Спасибо, что сказала. Буду пользоваться.

Рус усмехается мне прямо в ухо. И высекает этим просто бешеные мурашки прямо в центре живота!

— Я что? Это сказала вслух?

Черт. Неудобно как-то вышло.

— Надо будет послушать, может, ты болтаешь во сне? Кстати, я не знал. Только про точку под коленом.

Вот же… Все он помнит! Даже Егор об этой точке, между прочим, не знал.

— Так, жена. Убивать будешь потом. А теперь улыбаемся. К нам идут журналисты.

Мы позируем и улыбаемся так долго, что сводит челюсти.

У нас берут интервью. Рус рассказывает об огромной любви, которая на нас обоих обрушилась с такой силой, что мы просто не могли больше ждать. А я не даю комментариев о своей предыдущем браке. Как и не отвечаю на вопросы о том, почему сегодня нет моей семьи на празднике.

Наконец пытка заканчивается.

Я благодарна Русу за то, что он меня так поддерживал все это время.

Поглаживал мою спину и перехватывал инициативу, когда задавали особенно каверзные вопросы.

— Ненавижу журналистов, — шиплю сквозь сжатые зубы, все еще держа на лице натянутую улыбку, когда мы отходим от них подальше.

— Мне они казались всегда такими милыми людьми, а надо же, как покопались в моем нижнем белье. Почти прямо заявляли, что я была твоей любовницей, пока еще была замужем.

— А знаешь, дорогая, — Рус наклоняется к моему лицу, подхватывая с подноса бокал с шампанским.

— Пусть так и думают. Почему бы и нет? Никто не поверит, что мы так безумно влюбились за неделю, что решили пожениться. Так что твой муженек бывший может с гордостью носить свои рога. Надеюсь, они ему давят.

Я смеюсь, а Рус накрывает мои губы жадным поцелуем.