Измена. Я не прощу (СИ)

Он прижимает меня к своей горячей, и… обнаженной, на секундочку груди! В моей постели!

— Ты что здесь вообще делаешь?

Черт!

Глядя на его довольную и сытую физиономию, я готова ее расцарапать!

Потому что точно знаю. Рус только что пришел.

Несколько раз я ночью просыпалась. И еще один раз. Под утро. Филатовым в комнате и не пахло!

— Вообще-то, я в постели со своей женой. Где мне еще быть?

— Филатов, я…

Не успеваю договорить, как мои губы накрывают снова поцелуем.

Наглым. И… Чертовски горячим!

Ненавижу себя за эту реакцию, но….

Тело почему-то льнет к Филатову само собой.

Разум просто мечтает впиться ногтями в его лицо. А вот тело… Оно зачем-то прижимается к широкой крепкой груди, совершенно меня не слушаясь!

— Ой, простите. Мы невовремя. Но… У нас назначено на это время!

Перед глазами туман, когда я отрываюсь от Филатова. Вернее, когда он сам быстро прерывает поцелуй и демонстративно натягивает одеяло на нас обоих по самое горло.

— Мы подождем внизу, — тараторит Жанна, которую я наконец замечаю в дверях.

Стыдливо опускает глаза и пятится из комнаты. А вот за ней я замечаю ехидно ухмыляющегося Марка.

Он окидывает меня пронзительным взглядом, в котором, как мне кажется, все кричит о том, что он разгадал наш фарс.

А что, если Марк знает, где ночевал Филатов на самом деле?

— Жанна, прости. Мы совсем забылись. Первая ночь, сама понимаешь. Страсть… Дай нам пару минут.

— Конечно, конечно. Мы подождем.

Жанна быстро захлопывает дверь. А я подпрыгиваю на кровати.

— Филатов, ты совсем оборзел?

Черт.

Замечаю, как вспыхивают его глаза и тут же хватаю простыню. Совсем забыла о том, что я без одежды. Быстро натягиваю ее под самый подбородок.

— Ты просто охренительная. Зачем прятать такую красоту?

Филатов вообще ничем не смущен. А я… Я возмущенно открываю рот, но даже слов не нахожу, чтобы ответить на такую наглость!

— Может, бросишь уже эту тряпку? Пройдешься передо мной во всей красе? Покажешь себя, мммм? Ты ведь моя жена, Мила.

— Ты хочешь получить по лицу подушкой, Филатов? Что ты вообще устроил? Ты хоть душ принял перед тем, как лезть в мою постель?

После того, как неизвестно еще, с кем провел ночь!

— Не волнуйся, Мила. Душ я успел принять. И даже сварить кофе и приготовить завтрак. А вот ты насчет душа поспеши. Наш прием немножко переносится. На время обеда. Так что сейчас ты быстренько завтракаешь и над тобой начинают колдовать стилисты.

Я бросаю на него взгляд, от которого любой другой бы почувствовал жжение во всех местах. Но Филатову все явно ни по чем. Кажется, он только забавляется ситуацией.

— Ты охрененно красивая, когда ревнуешь, — он вдруг дергает меня на себя и шепчет мне прямо в губы.

— Отпусти. Пока я не залепила тебе пощечину, — отворачиваюсь, чтобы не дать ему снова себя поцеловать.