Я сделаю нам больно

Да и не скоро появятся.

Сейчас она совсем перед ним беззащитна. Уязвима и, кажется, окончательно сломлена, в прямом и переносном смысле.

Он и сам так же себя ощущает. Будто его пропустили через мясорубку.

Со вчерашнего обеда не выходил из больницы. Приехал следом за каретой скорой помощи. Держится до сих пор только на двух стаканчиках галимого кофе. Как Цербер охранял её палату и еле сдерживал себя, чтобы не подняться на этаж реанимации, где за жизнь врачи вытаскивали с того света Даниила. Если Илья поднимется к нему, то попросту убьёт. Добьёт."

"- Где Даня? - поворачивается к брюнету и слабо тянет руку на себя. Тот не отпускает, всё так же держит её возле своих губ, опаляя горячим дыханием холодную кожу.

- Жив. - Коротко, стиснув зубы. - В коме. Ты помнишь, что случилось?

- Нет.

Ложь… конечно же, она помнит. Помнит, как блондин хотел проскочить на мигающий зелёный и чуть не угробил их жизни. Но, она не желала ему смерти. Он должен выжить. Должен выкарабкаться.

- Что ты хочешь? Что принести? - бегает глазами по серому лицу.

- Уйди... – выдыхает, перемещая взгляд на стену за его спиной.

Уйти. Он уйдёт, но не дальше чем за дверь. Будет сидеть там сколько нужно. Он не оставит её, даже если будет гнать его поганой метлой.

Дверь неожиданно распахнулась и в палату влетела Оксана Вадимовна. Женщина не заметила насколько близко сидел Илья, но следом зашедший Павел Андреевич заметил. Из командировки прилетел, как только узнал. Заметил, как Илья держит руку Милы и то, как парень стоит на коленях перед койкой.

Женщина опустилась рядом с Милой, причитая, плача, и оглаживая родное лицо дочери.

- Уходи, Илья… - прилетело в спину, поднявшемуся на ноги брюнету. - Тебе здесь нечего делать.

- Хера с два, – так же тихо и спокойно. С едва уловимым и приглушённым рычанием. Даже не глядя на отца. - Я останусь в коридоре.

Глава 45

- Ну, как ты, малыш? - мама бережно заправила светлые пряди за ушко дочери. Прошло уже два дня с тех пор, как девушка пришла в себя. - Как ты сегодня себя чувствуешь?

- Пойдёт. - Мила приняла удобное положение и сейчас замерла, боясь пошевелиться, чтобы избежать острой боли в грудной клетке.

С ней не все в порядке, но чтобы избежать лишних расспросов, лучше ответить именно так.

Хотя, услышать ответ на один вопрос, очень хотелось. Вопрос буравил дыру в груди похлеще надколотого ребра.

Илья здесь? Почему он здесь? И почему ей хочется, чтобы всё оставалось на своих местах?

Когда он зашёл в палату, на удивление ей было приятно его видеть. Это чувство смешивалось с неконтролируемой ненавистью. Самая настоящая борьба, внутренняя война. Она ослабляла в разы сильнее физических травм.

- Илья давно здесь? - произносит осипшим голосом.

- Кто? Илья? - Оксана Вадимовна тянется к графину с водой и наливает воду в стакан.