Я с тобой развожусь

- Неужели? Ну хоть на что-то у него хватило мозгов!

- Мозгов? Да как у него хватило совести? Ба, это же унизительно для меня!

- Унизительно что? Заявить наконец о себе, как о художнице?

- То, что мной заинтересовались только из-за его просьбы!

- А как еще тобой могли заинтересоваться? Ты же буквально похоронила себя в лесу!

Что ж, тут она была права. Эта выставка дала мне необходимый толчок, но как же больно было думать, что в моей жизни все снова зависело только от Яна!

- Рита, ты взрослая девочка, - продолжает Элеонора. - Да и муж твой не ребенок, но во всей этой ситуации вы как два слепых котенка! Вас обоих водили за нос, так, может, хватит позволять этой мегере добиваться своего и  радоваться вашему несчастью?

- Интересно, какую из двух мегер ты имеешь в виду, - бормочу я, а в голове - целый ураган. Бабушка говорила вроде бы очевидные вещи, так почему же у меня словно пелена с глаз спала?

- Мамашу твоего муженька, конечно, - фыркает Элеонора. - Мне кажется, она пыталась допечь тебя все эти годы! А ты рушила ее планы своей старательностью ей понравиться!

И тут я вдруг сознаю простой факт  - Аманда ведь не беременна! Значит, и все остальное было ложью? Хитроумной схемой, чтобы разлучить нас с Яном?

Я молчу, лихорадочно обдумывая все это. Элеонора явно принимает возникшую паузу за мою неуверенность и произносит:

- Слушай, наверно это я во всем виновата с этой выставкой. Я жирно намекнула Яну, что ты снова пишешь. Но, твою же дивизию, Маргарита! Подумай сама - то, что он сделал - это его попытка показать, что он принимает то, чем ты занимаешься! И не просто принимает - поддерживает! Так чего же еще, бл*ха-муха, ты ждешь?

Я растерянно моргаю, глядя на Элеонору. В голове всплывают слова Яна:

«Я так хотел сделать для тебя хоть что-то…».

Наверно, он по-своему прав. Как и я. Как и Элеонора. Потому что смысл многих вещей может раскрываться по-разному, все зависит от того, как на это смотреть. Все эти годы наша беда была в том, что мы не пытались увидеть все глазами другого.

- Рита! - окликает меня бабушка. - Твой муж, конечно, не первой свежести, но хочу тебе заметить, что и на него легко найдутся охотницы!

Эти слова буквально подкидывают меня с места. Хватая пальто и сумочку, я выбегаю из квартиры Элеоноры, чтобы устремиться туда, куда хотела все это время.

В единственное место, что было по-настоящему моим. Место рядом с Яном.

Потому что стоило быть с собой честной - за прошедшие с момента развода месяцы у меня было все - работа, покой, дружба. Но не было единственного и самого главного - счастья.

Такси тормозит у нашего дома и я поспешно, но аккуратно выбираюсь наружу. Подхожу по дорожке к дверям, с тревогой замечая, что в окнах не горит свет.