Я рожу тебе сына

 — Вы Ника? Разве Тимур Демьянович разрешил вам выходить?

Мне ужасно не нравится выражение его глаз, и я вскидываюсь:

— А разве я пленница?

Выходит достаточно резко, зато результативно. Мужчина делает шаг в сторону, я сворачиваю в коридор, ведущий к кухне, но настроение уже испорчено. Его не может поднять даже Робби, соорудивший для меня просто феерический сэндвич с курицей и ананасом.

— Робби, а кто это такой в костюме? — спрашиваю, запивая сэндвич кофе. — Я его раньше не видела.

— Это Андрей. Самурай, — почему-то вполголоса отвечает Робби, и я поневоле тоже понижаю голос.

— Самурай? Это фамилия или кличка?

— Нет, прозвище такое. Он Сотников.

— А почему Самурай?

— А х…й его знает, он главный над охранкой шефа.

Шеф у нас Тимур, значит, Самурай — начальник охраны Талера? А что если я в самом деле пленница? Я вообще могу выходить из дома? Допиваю кофе и возвращаюсь в спальню.

Перебираю вещи, купленные для меня Тимом, натягиваю джинсы и топ, сверху короткий жакет. Между топом и поясом джинс довольно широкая полоска обнаженного тела, где-то с ладонь. Тимур так смотрел при примерке, что я думала, он трахнет меня прямо там, в кабинке.

Но нет, только глаза прищуривал, и я видела, как зрачки расширяются, заполняя радужку. А сам даже не прикоснулся, хоть я пусть и неуклюже, но пыталась его завести.

Перекладываю кошелек, телефон и ключи от квартиры в новую сумку, и спускаюсь по лестнице в холл. Он появляется из ниоткуда и загораживает проход. На этот раз молча.

Обхожу его и упрямо иду к выходу, Самурай догоняет и больно дергает за запястье.

— Я неясно сказал?

Не отвечаю, выдергиваю руку, поворачиваюсь спиной и достаю телефон. Тим сбрасывает звонок, и я вспоминаю, что у него совещание. Тут же приходит сообщение: «Ника, что-то срочное?»

Отвечаю: «Тимур, мне нельзя выходить из дома?»

«Куда ты хочешь пойти?»

«Просто ответь, я пленница?»

Пауза. Минута. Две.

«Нет». И тут же следом: «Но я не хотел бы, чтобы ты ходила без охраны».

«Ты сказал, теперь я могу не бояться. Ты сказал просто так?»

«Можешь… Блять, Ника!»

«Тогда скажи, чтобы меня выпустили».

Он не отвечает, а потом звонит телефон у светлоглазого Самурая.

— Хорошо, Талер, я понял, — отвечает тот, выслушав Тимура. Мне не слышно, что говорит Тим, я просто слышу его голос. Самурай поднимает глаза, но на меня не смотрит, скользит мимо.

— Иди.

Ничего не отвечаю, иду и чувствую, как колючий взгляд высверливает в спине дыры. Меня беспрепятственно выпускают через ворота, но я замечаю, как следом выкатывается внедорожник. Или сам Сотников, или кто-то из его подчиненных.

Не обращаю внимания, наверняка это распоряжение Тимура. Я помню, где офис Талера, до него несколько остановок, но я иду пешком. По пути сворачиваю в «Макдональдс» и покупаю мороженое.