Я разорву эту помолвку! (СИ)

— Что же творится в твоей красивой головке, м? Разве я тиран какой доморощенный? Или старше тебя на несколько поколений, чтобы придерживаться таких патриархальных воззрений?

— Мне плевать, сколько у тебя денег, если тебе их хватает на все твои проказы и желания; если нет, то я готов добавить! Чем ты хочешь заниматься — меня волнует, но только в той мере, что я желаю знать о тебе все, и чтобы огородить тебя от возможной опасности. Я был готов упасть в этот омут с головой еще тогда, когда думал, что ты служанка. Строил планы как завоевать твое сердечко и переубедить отца принять этот брак…

Этого он мне раньше не говорил. Ничего себе. Из нас двоих он опережал меня в своих чувствах, но в конце концов я смогла за ним поспеть. Мышцы лица болели от улыбки, что не сходила с губ. Я физически не могла перестать выражать свою радость и счастье. Эти слова были слаще любого десерта который я пробовала до этих пор.

Джеймс снова дотронулся до моей щеки, и слега ее ущипнул, больно не было.

— Глупышка Флоренс, не держи больше от меня секретов, хорошо? Еще один такой лорд Брук появится во дворце, и я точно сойду с ума.

У Джеймса теперь было далеко не то каменное выражение лица, когда он принимал награду и слушал речь императора. Он улыбался так же широко, как и я. Какой разительный контраст. Мне хотелось, чтобы эта улыбка принадлежала только мне одной.

— Больше никому так не улыбайся.

«Только мне» — закончила про себя.

Я сжала руки вокруг его торса крепче, словно маленький ребенок, не желающий отпускать от себя самого любимого на свете человека.

Грудь Джеймса задрожала от смеха.

— Хорошо, сладкая. Как скажешь.

Идиллию разрушил раздавшийся из-за спины голос.

— Любо-дорого смотреть.

Филипп. Явился не запылился. Меня словно облили помоями, улыбка с лица так и слетела.

— Ваше высочество, — поздоровался Джеймс ровно, не показывая и грамма той теплоты, что он демонстрировал только что. Хороший мальчик, сохрани всю свою любовь только для меня одной. Больше никому не позволю увидеть другую, теплую и счастливую сторону моего жениха.

— Джеймс, — кивнул Филипп и продолжил, смотря на меня. — Леди Флоренс, полагаю, что изъявлять желание о разрыве договоренностей с Астерами по поводу женитьбы вы более не намерены?

У моего жениха на челюсти выступили желваки, но он вмиг смягчился, стоило мне коснуться рукой его предплечья. Теперь все встало на свои места."

"— Верно полагаете, — мне было плевать на мнение Филиппа. За эти годы я смогла узнать его, но так и не пришла к пониманию. Отныне никаких интриг, никакого больше шантажа. Я улыбнулась. Мне не было жаль принца, но все же, ради этой страны, всех ее жителей и ради самого бастарда, который станет следующим императором, произнесла:

— Ваше высочество.