Я — полукровка. Академия Млечного пути

Трёх первокурсниц пустили в святая святых просто ""потому что""! Вот в этом внешний мир проигрывал миру люменов. У нас даже Аарон, будучи сыном главы Ордена Света, не допускался в закрытые хранилища ордена. Родственные связи ничего не решали в сообществе Детей Солнца. Только собственные способности и заслуги, только потенциальная польза, которую ты можешь принести — вот, что определяло твою важность.

— Ты будешь проходить, или настолько тупая, что не знаешь, как дверью пользоваться? — раздался голос Цисси за моей спиной, и я ощутила уже привычный приступ раздражения.

Обе саттерн стояли, прислонившись к стенам коридора, и ехидно поглядывали на меня. Лучистая, дай мне терпения, чтобы не придушить стерв за время отработки!

Глава 20. Когда и в библиотеке можно зажечь!

Тихий шелест перебираемых бумаг заполнял всё помещение огромного архива. Шёл второй час и пятый день моего так называемого наказания. И за это время мне на многое открылись глаза.

Например, что в двойке саттернов Цисси на побегушках, а Нина альфа. И что именно Нина пыталась обманом добиться официальной отмены отработки. Этого ей так и не удалось, но вот на подругу у неё влияние было куда более сильное, чем на Лиззи. Поэтому все пять дней я наблюдала, как Цисси выполняла работу и за марэ Ранде. Последняя периодически чихала и говорила в нос, усиленно имитируя приступ аллергии."

"Со своими напарницами по несчастью мне так и не удалось найти общий язык. После того, как я каким-то чудом не зарядила по ним соларным ударом, но дико напугала появившейся вокруг меня огненной аурой, девушки здраво решили держаться от меня подальше и оккупировали отдельные проекционные столы. Мы не разговаривали, молча приходили в архив, получали стопки полуразвалившихся свитков и книг и расходились по рабочим местам. Я лишь удостаивалась снисходительных взглядов от саттерн. Отвечать в их тоне я считала ниже своего достоинства, а потому попросту игнорировала заносчивых куриц.

Погрузившись в разделение слипшихся от влаги листов очередного справочника Древних, в этот раз посвящённого растениям так называемой средней полосы, я прокручивала в голове события прошедшей недели. Гидеон так и не объявился — ни в сети, ни на моём пути. Но я не рискнула снова лезть к нему со своими угрозами или вопросами, чувствовала — не стоит давить.

И расогенез у нас теперь вёл молоденький магистр, выпустившийся из Академии буквально в прошлом году. И, с одной стороны, мне бы радоваться, что я всё меньше сталкивалась с Данте. А с другой — я постоянно душила в себе порывы зайти в деканат или невзначай пройти мимо дома Лорка. Хотя бы вскользь увидеться с ним и угомонить то чувство тоски, что поселилось во мне после откровенности магистра.