Я проснусь

И про вас он говорил, доктор Морайя… что вы не обидите.

Пристально смотрю на девчонку. Если Ханна не лжет, не просто ей пришлось. Остаться фактически одной. Кроме чужого восточного мужчины, который за нее так радеет, у нее никого нет, на кого можно положиться.

– Ты передавала кому-либо данные о нас? И работе Госпиталя? И что велел тебе делать Сул в случае, если правда выплывет наружу? – теперь и я подключаюсь.

– Нет! Я не собиралась ничего никому передавать. Мне очень нужна была работа и прикрытие. Сул попросил, чтобы вы связались с ним, когда моя маскировка раскроется. Что вы собираетесь делать со мной? Когда убедитесь, что я не вру, разрешите мне остаться?! Я хочу дальше работать с вами, и лучше помощника вам не найти, – гордо задирает нос Ханна.

Не сдерживаю смешок. Вот это характер!

– Ты обманула нас! – отрезает Шанриасс. – У тебя были веские причины, но факт этот никуда не денешь. С Мистером Сулом нас ждет свой разговор. Пока ты остаешься под наблюдением телохранителя Морайи. Тебя Сул надоумил скрывать свой естественный запах? Ты знаешь, зачем это делала?

Ханна стремительно краснеет.

– Он выдал мне таблетки, блокирующие естественные запахи тела. Сказал, потом вернется без последствий после отмены. Собрал мне средства ухода, парфюм и одежду своего сына. Причину не пояснял, просто велел всем пользоваться, если я хочу жить. Сул предлагал отсидеться у него дома в запертой комнате. Но мне неудобно, он и так многое сделал для меня. И сидеть в клетке я не смогу. Неизвестно, сколько времени это займет. На работе объявлено, что я исчезла, значит даже по его дому не могу свободно разгуливать.

– Ожидаешь результатов здесь. Тихо как мышка. Средствами связи пользоваться запрещено, – ставит условия муж.

Та кивает несколько раз.

– Ты заявки успела отправить? – уточняю я у Ханны.

– Да-да! Я успела.

– И не пей больше эти препараты, – запрещаю ей я, прежде чем выйти. – Как скажутся на здоровье – нам неизвестно. Да и не нужно это больше.

*** – Сдается мне, девчонка не врет, – заявляет муж, едва мы закрываемся в нашей каюте.

– И у меня такое-же ощущение. Ну и натерпелась же она. Звоним Сулу?

– Я тоже с ним поговорю. Он же мог просто поделиться с нами, зачем было давать ей эти препараты? И скрывать запах от нас. Вот только Зейрашш все равно что-то почуял, значит, именно ее он унюхал. Но был сбит с толку, вот и молчал. Она же реально пахнет как мужчина. Физиология только подвела.

Отправляю Ли сообщение, он просит пять минут и перезванивает сам.

– Мистер Дин, доктор Горслей, – приветствует он нас. – Правильно я понимаю, что у вас возникли срочные вопросы?

– Еще какие, мистер Сул. Мы хотим поговорить о Яне, а если конкретнее: о Ханне, – начинаю я непростой разговор, который непонятно чем закончится.