Я проснусь

Не сказать, что мне больно, но печет!

– Знаешь, за что? – рычит гадский муж, награждая звонким шлепком и вторую половинку, заставляя ее тоже гореть.

Дурацкое упрямство вынуждает меня просипеть:

– Не-е-ет! Отпусти меня!

– Нет? Тогда будем вспоминать!

Благодаря мне же, ягодицы спустя еще несколько, более слабых, но ощутимых шлепков, уже основательно жжет. Да меня даже в детстве не пороли, тем более по голой заднице.

Может, я и виновата, но это уже перебор!

– Делай, что собирался и проваливай, – зло рычу, тщетно пытаясь увернуться от его руки, гладящей пылающие ягодицы.

– Даже не мечтай, Морайя. Ты получишь все, что я обещал. Сегодня пощады не жди, – бархатисто заверяет так, что несмотря на всю мою злость, испытываю острое желание ощутить его в себе.

Муж тянет меня, немного смещая вниз, теперь на спинке дивана я лежу животом, и ногами касаюсь пола.

Слышу, как Шанриасс расстегивает брюки. Несколько секунд, и он медленно погружается в застывшую меня. Изо всех сил сдерживаю желание податься ему навстречу. Так просто я не сдамся. Буду изображать бревно. Вряд ли ему понравится трахать равнодушную меня.

Его руки везде. Настойчивые ласки, размашистые толчки и горячий шепот сводят с ума. Как и осознание того, что он по-прежнему полностью одет, а я обнажена. Кажется, мои усилия изображать равнодушие и сдерживать стоны, рвущиеся из груди, только быстрее доводят меня до финала.

Дрожа обмякаю.

Шанриасс, самодовольно улыбаясь, подхватывает мое ослабевшее тело, нежно прижимая к себе, несет в кровать:

– Моя упрямая женушка. Я не закончил с тобой.

И всю ночь активно сдерживает свое обещание с небольшими перерывами на сон.

Нет, в таком темпе я долго не протяну.

Наутро, кряхтя, едва дотягиваюсь до комма и отправляю сообщение Ханне, чтобы она шла на выставку с Харшшадом, и тут же уплываю в сон.

Мое пресыщенное удовольствием и ноющее туловище не желает двигаться и тем более работать. Да у меня мышцы так не болели даже после тренировки в зале с Ирвином на Фрэнсис Дрейке."

"Просыпаюсь уже ближе к обеду от манящих запахов еды. Немного приведя растрепанную себя в порядок, жадно ем. Муж же лениво поглощает обед, не сводя с меня сытого взгляда. Так похож на кота, обожравшегося сметаны.

– Когда я чувствую, что могу тебя потерять, мои инстинкты обостряются. Тогда я не могу сдержать в себе зверя и стараюсь пометить тебя всеми возможными способами. Отлюбить, укусить, сделать так, чтобы ты вся пропиталась моим запахом, – поясняет мне он, пока я дожевываю большой ломоть мяса.

Сглатываю. Точно. Шанриасс же меня снова укусил. Нащупываю ранку у основания шеи.

Укоряюще зыркаю на мужа, но тот не испытывает ни толики сожаления.