Я подарю тебе крылья

Прошу отнестись спокойно к этой новости, имейте уважение друг к другу и экипажу, не создавайте панику. По прибытии в Хитроу сотрудники аэропорта подскажут вам, как действовать дальше. Пассажиров, летящих стыковочным рейсом, прошу продиктовать свои данные бортпроводникам. Мы начнем снижаться через тридцать минут. Спасибо за понимание.

Как только он отключился, люди еще минуту сидели молча. Оливия видела на их лицах непонимание. Это она летела в одну страну, а попадет домой. Они же напротив, летели домой, а окажутся вдали от него. После слов Даниэля бортпроводники начали подходить к людям. Так Оливия оказалась возле Боба, который усмехнулся:

– Мне даже не надо будет добираться домой.

Она понимала его, стараясь быстрее закончить опрос у людей, сидящих рядом с ним, но ее отвлек мужской голос, который прокричал со своего места:

– Сколько погибло людей? Подорвали самолеты? Нас тоже подорвут? – Все резко стали оборачиваться, и он встал, привлекая внимание: – Нам врут. Они составляют списки, чтобы проще было узнать, кто где сидел. Потому что наши тела вряд ли можно будет опознать.

После этих слов у Оливии задрожали руки.

Глава 23

Паника на борту – это катастрофа для экипажа. Оливия уже встречалась с чем-то подобным, когда такой же тяжеловесный мужчина собирался открыть дверь самолета в воздухе. Оливия знала, что дверь автоматически блокируется в полете, ее невозможно открыть. Но ей никто не верил. Тому мужчине верили больше. Сейчас она боялась, что и этому поверят.

– Мы пытаемся выяснить, сколько стыковочных пассажиров, чтобы помочь им, – она стала продвигаться к нему, замечая во втором салоне подобную ситуацию.

Если в тихую очередь запустить одного недовольного человека, то он заведет всех остальных. Цепная реакция. И есть только один способ утихомирить толпу – как можно быстрее подавить лидера.

– Сядьте, пожалуйста, на место и пристегните ремень безопасности. Мы скоро начнем снижаться, – Оливия говорила с улыбкой, а внутри все тряслось от страха. В памяти всплыли воспоминания, когда мужчина ударил ее и она потеряла равновесие. Сейчас она боялась приблизиться к нему, стоя в двух шагах.

– Мы не верим вам, – произнес мужчина. – На нашем борту бомба? Поэтому нас направили подальше от Брюсселя?

– Вы пугаете людей, – произнесла Оливия, – прошу вас сесть.

Теперь ее голос был строже, и она уже не улыбалась, сильный страх не давал ей делать этого.

– Мы все умрем, – пробормотала та самая старушка, которую Оливия успокоила ранее.

Но ее соседи не готовы были умирать. Желание оказаться в Тенерифе пересилило:

– Что будет с нами? Мы не попадем на свой рейс.

Голова пошла кругом. Слишком много требований.

– Пусть для начала самолет совершит посадку.