Я подарю тебе крылья

Оливии захотелось вернуться во времени на пятнадцать минут назад и отказаться от «пилота со стажем». Она хотела лететь с Даниэлем. Она мечтала хоть раз оказаться в кабине рядом с пилотом в моменты взлета и посадки. Она представляла этот момент с детства. Но, кажется, она поменяла Даниэля Фернандеса на капитана Дюпре, который вряд ли пустит ее в свою кабину, следуя инструкциям.

– Я лечу с Дюпре, – бледными губами прошептала она, – я поменялась с Меган. Она летит с тобой.

Он не сразу понял, думал, это шутка. Но ее поникший вид доказывал, что это правда. Внутри что-то взорвалось от странной ярости. Она поменялась, в этом нет ничего страшного. Это ее воля, ее желание. Так почему злость на эту девушку вновь охватила его? Она – бестия, вызывающая в нем только ярость.

– Иди к черту! – он повысил голос достаточно, чтобы эти слова проникли в ее уши, и пошел к трапу, рукой касаясь перил. Всю жизнь он был во внимании женщин, всю жизнь они окружали его, не давая прохода. Но все они сливались в одно бесцветное пятно. И только эта девушка, оставаясь в стороне, поражала его все больше и больше.

Вздохнув, Оливия наморщила лоб, как будто его слова сильно ранили. Но, стараясь об этом не думать, она решила, что поборется за право лететь в кабине пилотов. Вот только противник уж больно сильный – Меган пройдет по ней каблуками, оставляя следы от шпилек на теле.

Пытаясь придумать, как избавиться от Меган, Оливия ходила вокруг стойки шасси, посматривая на другие самолеты. Она видела капитанов, осматривающих своих железных птиц, но возле их шасси не было стюардесс. Зато возле ее самолета не было капитана.

Видя, как в ее сторону направляется Меган с чемоданом, Оливия сначала остановилась, а когда та уже почти дошла до трапа, перегородила ей путь:

– Тебе сюда нельзя.

Меган остановилась, удивленно смотря на нее:

– Не поняла. Мы же договорились. Ты согласилась, а теперь передумала?

Меган повысила голос, и ее лицо слегка покраснело от этих усилий. Или от злости, что вдруг грузом навалилась на нее.

– Ты что, – улыбнулась вымученно Оливия, – я не передумала, но… – Ее мозг лихорадочно работал, придумывая причину, и наконец ее осенило: – Ты не в его вкусе, Даниэль гей. Зря потеряешь время.

Чемодан Меган выпал из рук, стукнувшись об асфальт. Ее удивлению не было предела, но все-таки она смогла взять себя в руки:

– Черт! Почему все красивые мужики оказываются геями? Что за несправедливость такая? Это уже третий случай! Черт!

Она схватила чемодан, развернулась и направилась к своему самолету. Оливия выдохнула. Все оказалось проще, чем она думала."

"Поднявшись в самолет, она сделала несколько шагов, вдыхая запах нового салона. Внутри он был клоном того, на котором она уже летала. Ничего нового. И в то же время ново все.