Я почти граф. Книга VI

Сократив дистанцию, Авраам ногой выбил меч из руки Алексея и всадил в живот клинок.

Толпа охнула, как и все в зоне отдыха. Изо рта Волкова хлынула кровь, он попытался достать меч, но святоша только глубже вогнал его, пробив живот насквозь.

Последняя попытка, и руки прошлогоднего победителя упали на землю. Какая-то женщина истошно завизжала. Казанские парни опустили головы, девушки заплакали.

Судья выбежал, быстро объявил победителя, и медики подскочили к Волкову. Они попытались вытащить меч Авраама, но безуспешно. Пришлось просить церковника убрать лезвие. Но Авраам не спешил. Потащил меч нарочито медленно и небрежно. Очередная порция крови хлынула изо рта Волкова.

Болванчик летал над ареной, а Лора сканировала все жизненно важные показатели парня. Похоже, здоровье у него было железным, он еще держался на грани. Лекари приступили к работе. Они на месте остановили кровь и оказали первую помощь, чтобы при транспортировке в госпиталь он не умер.

— Жить будет, — кивнул лекарь, и мы выдохнули.

А вот Аврааму это страсть как не понравилось.

Я понял, что он хочет сделать слишком поздно, да и не было возможности успеть.

Этот сумасшедший дернулся в сторону поверженного врага и занес меч. Лекари сработали мгновенно, прикрыв Волкова собой.

— Остановите его! — крикнул Дима.

И тут на пути Авраама встала Ермакова — словно снег на голову. Она заблокировала удар и пнула ногой Авраама в живот.

— Назад, щенок! — зарычала она. — Еще один шаг, и ты дисквалифицирован!

— О, правда? — улыбнулся он.

Тут на арену высыпали другие представители институтов. Среди них был даже епископ, который с трудом скрывал довольное лицо под маской скорби.

— Наталья Геннадьевна, — закряхтел епископ Иоанн. — Это нарушение! Нельзя вмешиваться в поединки и бить студентов.

— Нарушение? — она даже бровью не повела. — Пункт номер пятнадцать гласит, что участникам нельзя нападать друг на друга после объявления результатов поединка. Пункт номер тридцать шесть: организатор имеет право вмешаться, если считает, что имеется угроза жизни персоналу и организаторам.

— Обосран! — воскликнула Лора. — Этот старый хрен вообще уже берега попутал!

Но Ермакова не остановилась. Она подошла к епископу, улыбнулась и поправила на нем рясу:

— А вот пункт номер двадцать один и подпункт три говорит, что студент, нарушивший правила, может быть отстранен от участия в Универсиаде, вплоть до исключения всей команды. Ну так что, епископ, вы еще видите тут нарушение?

Через Болванчика я видел, как он прикусил губу и злобно посмотрел на Ермакову.

— Нет, — тут же улыбнулся Иоанн, когда заметил на себе несколько десятков пар глаз.