Я – первый

Насколько я мог вспомнить потом, я даже улыбался. Сутулый застыл, затравленно глядя на меня исподлобья. То, что он здорово струхнул, было очевидно. Второй его дружок тоже стоял столбом, не спуская с меня глаз, а в его руке трепетал огонек зажигалки, которую он наконец привел в действие.

Маленькое девичье тело вдруг с разбегу толкнуло меня сзади, горячие руки обхватили мой корпус, и голос Марины звонко раскатился по аллее:

– Давайте бегите отсюда, он контуженый, он сейчас вас одними зубами загрызет!

Я невольно остановился. Марина даже не подозревала, как она была близка к истине. Я испугался.

– Что встали, дебилы, я его долго не удержу! – с надрывом, громко довела она этот факт до сведения двух начинающих алкоголиков.

И те поверили ей.

– Дергаем, Вася! – Сутулый быстро оглянулся на своего напарника и побежал в темноту. Бутылку он так и не выбросил. Я рванулся следом. Марина еще сильнее повисла на мне, стесняя мои движения.

Так мы простояли долго. Я молча смотрел вслед убежавшим парням, и мое сердце медленно сбрасывало обороты, снижая уровень адреналина в крови. Марина так и не разжала своих рук, обнимая меня сзади, и я почувствовал, что она потихоньку начала всхлипывать, упираясь головой в мою спину.

Я вздохнул, шагнул вперед, освободился и развернулся к девушке.

– Никогда и ни при каких условиях не держи меня за руки в подобной ситуации, – медленно проговорил я, поднял пальцами ее подбородок и взглянул ей в глаза. Девушка упрямо опустила голову, но я успел увидеть две мокрые полоски на ее щеках. И тут я опомнился. Я обнял ее и прижал к себе, вдыхая давно забытый запах волос, духов и чистого тела.

И вот она теперь вспомнила! К месту, конечно…

– У тебя были очень страшные глаза, – проговорила Марина тихо. – Это были глаза человека, который был готов на все. Если бы рядом лежал камень, ты бы взял его и ударил этого алкаша по голове. И потом бы проследил, чтобы он умер. А ведь он ничего тебе, то есть нам, не сделал.

Я вздохнул и недовольно проговорил:

– Дай, пожалуйста, сигарету. И там, в баре, бутылка стоит, принеси. Стаканы на кухне.

* * *Я подошел к знакомой, слегка выщербленной деревянной калитке и быстро оглянулся по сторонам, перед тем как позвонить. Я знал, что такие вороватые взгляды – это признак непрофессионализма, но сейчас я не был капитаном Крохалевым, а обычным раздолбаем – рабочим Серегой, который пришел проведать своего хорошего знакомого. А вороватый взгляд исподлобья объяснялся тем, что этот знакомый здорово помог мне с деньгами, правда, не совсем законным способом. Хотя в наше время, когда стало модно и престижно плевать на законы, на эту мелочь не стоило даже обращать внимания.