Я — палач (том 3)

 — Может быть, у Отца Гронда был ещё лист с именами, который ты не обнаружил? Или он его уничтожил? Или, может быть, лист был, но его кто-то спрятал?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну тебе же переводили записи, — сказал он. — Мари Рэгвард, верно. Может быть, она случайно потеряла один лист? Ну мало ли, учитывая, сколько раз они сбегали из академии. Или… не, мне это кажется.

Руссо отмахнулся.

— Говори, — потребовал я.

— Она же из Хитланда, — Руссо посмотрел на меня и отвернулся. — Не, какой ей смысл? Просто моя паранойя, не обращай внимания. Она меня часто подводит. Хотя иногда ей следовало бы работать лучше. Как с братом Варга, Стасом.

— Угу, — промычал я.

— Два брата не разлей вода, но один теперь работает на тебя, а другой где-то совсем в другом месте. Интересно, братья ещё когда-нибудь увидятся? Может ли раненый простить предателя?

— Варг вне подозрений, — сказал я.

— Да, я знаю, — согласился Руссо. — Но ты же помнишь, как он сначала наставил на тебя револьвер.

— Руссо, к делу!

— Не, ты не обращай внимания, это моя старая привычка с Городского Дозора, — он рассмеялся, показывая жёлтые зубы. — Подозреваю всех. Можно докопаться вообще до любого человека. Вот, например, твой, как недавно выяснилось, кузен. Инжи Дерайна. Он в курсе всей твоей переписки. Но его ответные письма… Он их шлёт и шлёт. Ну для чего? Ну, скорее всего, для работы.

— Держи глаза открытыми, Руссо, — сказал я. — Но лишняя паранойя мне не нужна.

— И не будет, Громов, — он достал сигару и просто понюхал её. Ждёт, когда можно будет закурить. — Скорее в столицу. Ты же собираешься ехать? Приглашение?

— А откуда ты про него знаешь? — спросил я и рассмеялся. — Расслабься, я не делаю из этого тайны. Я поеду, но не сразу. Сначала подожду, как всё пойдёт дальше. Надо ещё решить вопрос с поставками панцирников в армию, чтобы южане не узнали.

— А шедевр Лина? — Руссо посмотрел на меня.

— Ты же умный человек, инспектор, — сказал я. — Ты же понимаешь, что это уловка. Что эту штуку построить невозможно. Но пока я её делаю, всё внимание врага сосредоточено на ней, а не на панцирниках. Ведь я их убедил, что эту хрень можно построить.

— Умно, — Руссо вздохнул. — Да, имеет смысл говорить всем, что ты строишь это невозможное оружие. Так ты всех запутаешь. А ей что здесь надо?

К машине шла бабушка, закутанная в шаль. В скрюченной руке она держала сучковатую трость.

— Извините, — сказала она дребезжащим голосом. — Внучек, а у тебя не будет хоть корочки хлеба? А то даже пожевать нечего, с утра не ела.

— Руссо, есть деньги с собой? — спросил я.

Бывший инспектор достал купюру в двадцать фламменов. Я протянул её бабушке.

— Внучок, так на это уже ничего не купишь!

— На двадцать фламменов? — удивился Руссо.

— Так хлеб-то дорогой сейчас!

— Давай ещё, — сказал я.