Я — палач (том 3)

Инженеры и стрелки тихо посмеивались, слыша это, но не забывая хлопотать над новым оружием.

— Громов, но ты не понимаешь, ведь… — он хмыкнул. — А, ты смеёшься надо мной.

— Немного. Но тебе надо найти женщину, парень. Ты же не женишься на своём шедевре. Кстати, о нём. Какой прогресс?

— Всё по-старому, — сказал он. — Мне ещё нужно доработать пневмотягу на…

— Я спросил про сроки.

— А, про это? Без изменений. Они почему-то не бомбили те заводы, где делали детали.

— Потому что они думают, что я сливаю деньги на твой проект, — я усмехнулся. — Они думают, что лучше я всё потрачу на твой шедевр и останусь ни с чем. Они же не знают, что их ждёт.

— Верно, — Лин засмеялся. — Но мне нужно на север. Самые сложные детали там, потому что камера сгорания…

— Скоро съездим. Собирайся пока. Эй, ты! — я щёлкнул пальцами, подзывая офицера из своей команды. — Подойди!

— Слушаюсь, господин Громов! — веснушчатый студент из академии, один из тех, кого я назначил офицером, торопливо подбежал ко мне.

— Разберись с этим, — я показал на дым, стелющийся за городом. — Потушить пожары, заняться ранеными, проверить здания, какие повредило. А если кто опять прилетит, сбить его нахрен. И на этот раз, чтобы никто не вернулся.

— Слушаюсь!

— И кстати, — я медленно посмотрел на каждого. — Отличная работа, парни. Те ублюдки и не ожидали, что их ждёт.

Орудийные расчёты просияли. Им и правда приятно.

* * *— Что-то случилось, Громов? — Мари подняла голову, когда я вошёл."

"Она сидела за столом в моём кабинете. Мари больше не носила придворный гвардейский мундир, как ходила последние дни. Она сидела в простой чёрной юбке и белой рубашке. Прямо как мой доверенный секретарь. По правде, этим она в основном и занималась.

— Нет, — я сел на стул напротив. — Пришёл к тебе.

— Понятно, — она расправила шелестящий листок и положила в стопку бумаг. — Я смотрю твою почту. Если честно, дела не очень, правда.

— Что такое?

Я подошёл к окну и выглянул во двор. От стекла немного несло холодом. Внизу стояли солдаты и посмеивались. Один явно рассказывал о женщинах, судя по движениям рука и таза.

— Весной может закончиться продовольствие, — Мари встала рядом, приткнувшись ко мне плечом. — А новое купить негде. В Нерске хуже всего, там был плохой урожай.

— Помню, мы же всю осень там провоевали. Что-нибудь придумаю. Но я пришёл не из-за этого.

От окна слишком несло, я замёрз. Я отошёл и сел в мягкое кресло, сразу провалившись в него. Мари села в соседнее кресло и посмотрела на меня своими разноцветными глазами, один карий, другой голубой.

— А что такое? О чём ты хотел поговорить?

— Как тебе север? — спросил я и провёл руками по подлокотникам кресла, обтянутым мягкой тканью.

— Ну, знаешь, здесь холодно, — она рассмеялась.