Я — палач (том 3)

Тогда все солдаты перестанут пить, и боевой дух станет выше.

— Господин генерал, это работает совсем не так.

— Мне виднее, — огрызнулся генерал.

Я взял его за руку, подтянул к себе и повернул шею так, что генерал перед смертью успел увидеть полковника, хотя тот стоял у него за спиной.

Полковник поначалу полез за оружием, но передумал.

— Мы служили Небожителям, а не тому слабаку, — сказал он. — Всё равно уже всё проиграно.

Я усадил мёртвого генерала рядом с пьяницей.

— Где спальня Дерайга?

— За углом, — ответил полковник.

— Кто главный вместо него? — я показал на труп.

— Я. Прошу, примите мою капиту…

— Потом, — я отмахнулся и прошёл мимо, задев его плечом. — В официальной обстановке.

За углом дежурили несколько гвардейцев, которые так яростно обсуждали осаду, что меня заметили не сразу. Но когда заметили, то не подумали сдаваться. У этих осталась хотя какая-то преданность.

— Убить его! — приказал офицер.

Я прыгнул к нему, занося Карнифекс для удара. Левая рука онемела, как всегда бывает при броске молний, но я опять направил её в меч. Я сжал тёплую рукоять Флаггеллума так крепко, как мог. Лезвие вспыхнуло ещё ярче.

Офицер зачем-то заслонился руками. Я рубанул и сразу, чтобы не терять замах, рубанул другого. Гибкий клинок свистел в воздухе, разбрасывая искры.

Много времени не ушло, да и охраны было совсем немного. Я пинком вышиб дверь спальни и дорубил последнего гвардейского офицера, который хотел достать меня из револьвера.

Всё, больше никого. Эта спальня Дерайга, здоровенная, как целый дом. У стены стояла большая кровать размером с панцирник, с резными столбами, удерживающими роскошный балдахин.

Бюст Таргина Великого был повёрнут к окну. Ряд с ним был открыт проход, из которого сильно тянуло холодным сквозняком. Ветер трепал бумажки, лежащие на роскошной тумбочке рядом с кроватью. Некоторые взмыли в воздух.

Я побежал к проходу, но остановился. А почему он его не закрыл за собой? Я бы не нашёл его самостоятельно. Похоже на приглашение. А вдруг, если я уйду, то он закроет его, и я окажусь в ловушке.

Я прислушался, стоя на пороге. Громко тикали часы, их тут было много, будто Дерайга боялся, что не узнает о времени. Где-то орали пьяные голоса, где-то стреляли. Кто-то хохотал.

Я захлопнул тайную дверь. Она скрылась в стене так, что не осталось ни одной щели. Бюст Таргина повернулся и щёлкнул. Скульптор хорошо передал выражение хитрой жопы, которой был бессмертный правитель.

Раздался осторожный кашель, который кто-то изо всех сил пытался сдерживать. Я медленно подошёл к дубовому шкафу, покрытому лаком, заглянул за гобелен, висящий на стене, потыкал штору из окна…

— Надо же, — сказал я. — Ушёл."

"А потом я быстро подошёл к кровати и за ногу вытащил из под неё Валерана Дерайга.