Я - палач (том 2)

— Расскажешь по дороге, — я показал на избу. — Срочное?

— Не особо, но лучше это знать.

А пока мы шли, несколько солдат под командой капитана Ларссона взяли под руки того офицера из гвардии Дерайга, что привёз колонну из академии, и увели. Он может быть в курсе планов своего хозяина.

Мы пошли к избе. Выпавший снег захрустел у нас под ногами.

— Хорошо, что мы успели выбраться оттуда, — сказал Инжи. — А то мой дядя хотел нас всех забрать и потом тебя шантажировать. Он же прибыл в Урбус на аудиенцию к Таргину Великому. Хотел его разрешения, чтобы объявить тебя вне закона.

— И что, получилось?

— Таргин его не принял. А без него… нет, формально дядя может объявить на тебя охоту и лишить всего. Но есть сложность. Таргин назвал тебя Небожителем, а значит, обычные законы на тебя не действуют. Но сам Таргин не вмешивается, ему некогда. Он планирует войну против Дома Ямадзаки.

— А это ещё кто такие?

— Ну, это очень могущественный дом в Дискреме, но это другой континент. Таргин уже лет двести хочет его захватить, только не получается. У нас нет флота, а у врага есть и он этим пользуется. Дом Ямадзаки повадился высаживаться на побережье раз в несколько лет. Таргин думает, что в этом году высадка точно будет.

— А откуда ты знаешь?

— Есть пара знакомых при дворце, — Инжи усмехнулся. — Кто не смотрит на меня, как на кусок дерьма.

— Таргин про нас забыл?

— Вряд ли. Но без его приказа дядя не смог собрать нужные войска. Никто не хочет рисковать, зная, что Таргин внезапно может опять вмешаться в эту войну. Союзников у дяди мало, но он будет торопиться с тобой покончить, пока есть время. Но не сможет. Я этому помешаю.

Инжи достал из кармана синюю коробочку с золотой гравировкой. Я её помнил. Внутри пузырьки с маслянистой жижей, отвратные на вкус. Когда Инжи выпьет такой, он способен метать огонь с неба. По урону это как целая батарея пушек.

Одну он тогда дал мне, когда меня отравили, ещё две пил у меня на глазах и становился намного опаснее. Но это и для него опасно.

И как признался Инжи не так давно, эта жижа для него — единственное лекарство, продлевающее жизнь. И у него этих пузырьков осталось совсем немного.

— Если будет худо, — сказал он. — Я их отгоню. У них своего Небожителя нет, они испугаются и отступят.

Мы почти дошли до избы. Я остановился у порога и посмотрел на парня.

— Тебя нельзя эту штуку часто.

— Ну подумаешь, грохнусь в обморок, — с напором сказал он. — Их всё равно больше. Нужно пользоваться всем, что есть, а я твой должник.

— Мы давно квиты, Инжи. Убери эту хрень и не доставай. Тебе надо принимать их раз в месяц, чтобы не сдохнуть. А то умрёшь слишком рано

— У меня ещё есть!

Инжи открыл коробочку.

— Вот дерьмо, — сказал я.

— Они же были здесь, — прошептал он. — Но где они? У меня было ещё целых...