Я - палач

Ещё несколько молний разбились о купол, искры с шипением посыпались вниз. Трава вокруг нас начала тлеть.

Очередная молния сожгла стол с картой, другая рацию. Ещё больше этих красных снарядов падало на позиции войск. Один из панцирников горел, несколько дымились. Машине Лина тоже досталось прямо в крышу.

Ещё одна молния ударила в купол, отчего он заскрипел, будто по стеклу кто-то царапал гвоздём. В прозрачном щите появилась заметная трещина.

— Сколько он сможет так кидать? — спросил я.

— Недолго, — ответил Инжи. По лбу градом бежал пот, будто поддерживать купол было физически тяжело. — Даже если он выпил Эссенцию, ему всё равно нужен перерыв.

Я посмотрел в бинокль. Видно, что в траншеях осталось ещё немало людей. Почти все — из Огрании. Не отступают, но если сейчас начнётся очередная атака, вряд ли войска выдержат натиск.

Молнии перестали падать, а красные тучи рассеялись от ветра. На несколько секунд стало очень тихо. Солнце не появилось, его заслоняли тучи. Вот-вот пойдёт дождь.

— Мы идём туда, — сказал я уверенным голосом. — Они увидят тебя, и это поможет продержаться. А ты покажи пару своих трюков.

Зрачки Инжи расширились от страха, но он как-то выдержал.

— Идём, — сказал он слабым голосом, убирая купол. — Нам нужно победить.

— И не только его, — напомнил я.

— Верно.

Мы пошли вперёд, обходя обожжённые трупы. Навстречу нам бежали многие из тех, кто пытался смыться. Но появление Небожителя немного восстанавливало боевой дух. Отступающие при виде Инжи останавливались как вкопанные.

— На позиции! — крикнул я.

Пока помогало.

Мы добрались до панцирников, которые стояли и дымились. Парочка горела, от них несло испорченным яйцом, но бронемашина Лина казалась целой, если не считать дыру в крыше. Я забрался на горячую после стрельбы молниями броню и открыл люк. Оттуда пошёл дым и запах горелого.

— Лин! — крикнул я.

— Я сваливаю! — раздался его голос.

Лин начал выбираться из недр боевой машины.

— Я сваливаю отсюда нахрен! В жопу это дерьмо! Нахрена я вообще в это ввязался!

— Стоять! — я схватил его за мундир.

Из нагрудного кармана выпал камень предка, но я успел подхватить его. Камень светился сильнее обычного.

— Ну и жара, — сказал дух, живущий в камне. — Едва не сдохли. Честно говоря, я думал, что парень умер. И мне даже стало его жаль на секунду…

— Возьми себя в руки, Лин, — потребовал я и сунул ему камень. — Твой предок смотрит на тебя.

— Верно, у меня же предок! — Лин обхватил камень двумя руками и начал тараторить: — Я не подведу его. Странно, что мой панцирник не сгорел. Все сгорели, а мой нет. Надо разобраться…

— Садись за пушку, — сказал я. — И отбивай атаку.

— Есть! — воскликнул он и столкнул чей-то труп с сидения стрелка. — Ну давай, орудие, целься.