Я - палач

Пока их четверо, один с дробовиком, двое с автоматами, и раненый, держащийся за живот, из которого бежала кровь. Один заметил меня и начал целиться.

Я схватил с плитки кипящую кастрюльку и швырнул в него. Крутой кипяток обдал одного человека, а кастрюля со звоном ударилась другому в голову. На пол посыпались недоваренные яйца.

Обожжённый завизжал от боли. Я кинулся под стол, быстро пролез и выскочил с другой стороны.

Бандит с дробовиком выпучил глаза, но я вскочил на ноги, сразу призывая Карнифекс.

Красное лезвие секиры вспороло бандиту брюхо. А я сразу, чтобы не терять замах, рубанул второго. Ранее подстреленный нацелил на меня револьвер. Я пинком отправил бандита на горящую плиту и одним ударом прикончил того, кого облил кипятком.

Пока всё. Я выпустил Карнифекс, чтобы никто лишний его не увидел. Топор исчез, но далеко он не ушёл. Пусть подождёт.

Бандит с рёвом упал с плиты на пол и начал кататься, пытаясь потушить огонь на спине и заднице. Я схватил тяжёлый железный чайник и опустил ему на голову изо всех сил.

Так, минус четыре. Но на улице бой ещё продолжался. Где-то выли сирены. Это, похоже, городской Дозор, но вряд ли они вмешаются в разборку банд. Они прибудут поздно, чтобы собрать трупы.

— Уже всё? — спросил Руссо за моей спиной. — Быстро ты.

— Иду дальше, — сказал я.

— А чем ты их разрубил? — он показал на одно из тел.

— Этим, — я показал на мясницкий тесак, воткнутый в доску.

У одного из трупов выпирало что-то круглое в кармане плаща. Граната, пойдёт. Я убрал её к себе.

— Ещё идут! — крикнул Руссо, показывая на дверь.

Я подхватил автомат с пола и выпустил в проход целую очередь не целясь. Оружие дёргалось от отдачи так, что у меня едва не клацали зубы. От деревянной колоды двери летели щепки."

"Раздался щелчок, патроны кончились. Того, кто войдёт первым, прикончу прикладом.

Но они забросили гранату. Я прыгнул к ней и прокатился по скользкому полу, залитому горячей водой. Ребристая граната легла мне в ладонь, я швырнул её назад.

Рвануло почти через секунду, но я сразу выбежал на улицу, пока они не отошли от взрыва. Одного я приложил ладонью снизу, вминая нос внутрь, вырвал у него двустволку и пальнул из неё в соседа с обоих стволов.

Третий замахнулся прикладом ружья, я схватил его за руку, выкрутился до хруста и заслонился телом от последнего.

Тот, кого я держал, начал дёргаться, получив целую очередь в упор. Я пихнул покойника вперёд, и тот уронил собой последнего стрелка.

Я подобрал с земли ещё один дробовик и добил выживших по очереди, дёргая затвор после каждого выстрела. Эти дробовики мне знакомы, я видел их у Громовых.

Так, пока никого. На улице прохладнее, после жара кухни это блаженство, но наслаждаться некогда. Бой ещё шёл со стороны главного входа, пора разбираться с ними.