Однажды я выберу тебя

– Хм-м, старина, похоже, вы совсем захандрили. Я и сам не видел Сайласа уже несколько дней. Я очень надеялся, что мы вновь сможем прогуляться втроем. Ведь в этом причина вашей грусти? В его отсутствии?

– Да, я скучаю по нему, – признался я. А почему бы и нет? Эдди – мой друг.

– Не вешайте нос, милый друг. Как говорится, самое темное время бывает перед рассветом. И я надеюсь, что вы передумаете насчет вечеринки. Мне бы очень хотелось увидеть вас в костюме хот-дога.

Он приподнял воображаемую кепку и неспешно зашагал по коридору.

Встреча с Эдди напомнила мне, что, полностью погрязнув в собственных страданиях, я забыл поговорить с Эдвардом о просьбе Марджори насчет интерната. Я поплелся вверх по лестнице в его комнату.

Рядом с Эдвардом сидел Стивен Милтон. По другую сторону кровати находился Сайлас. У меня упало сердце. Сайлас походил на статую. Глыбу льда. Человек, которого я знал – лежащим в постели, играющим на пианино, поедающим, смеясь, в кухне холодный чоу-мейн, – исчез.

– А, мистер Кауфман, – проговорил Эдвард. – Ты вовремя. Мы как раз обсуждали твое увольнение.

Меня словно жаром обдало. Сайлас резко повернулся к отцу.

– Папа. Черт побери…

– А в чем проблема? – спросил Эдвард. – Ты уже объяснил, что он важен лишь в связи с наличием медицинского образования.

Каждое слово отдавалось во мне, подобно удару. А три пары глаз, неотрывно смотрящих на меня, лишь добавляли унижения. Мало того что Эдвард оставил меня без работы, он еще свел на нет мой опыт.

– Почему меня уволили? – я смотрел на Эдварда, но вопрос задал Сайласу.

– Потому что я далее не нуждаюсь в твоих услугах, – проговорил Эдвард. – Вот и все. Больше мне нечего добавить. Так ведь, Сайлас?

Сайлас стиснул зубы, и взгляд его наполнился болью.

– Не имеет значения, о чем я думаю. Он не должен остаться без работы…

Эдвард спокойно сложил газету.

– Я уже достаточно услышал. Стивен, вы с Хелен придете на вечеринку?

По губам Милтона расползлась победная улыбка.

– Ни за что не пропущу.

– Очень хорошо. А теперь прошу нас извинить. Мне нужно обсудить с Максвеллом несколько вопросов."

"Милтон кивнул и выскользнул из комнаты, не сказав больше ни слова. Сайлас заколебался. Я почувствовал, как напряглось его тело, пока он боролся с собой. Я поднял голову и, не мигая, встретил его взгляд.

«Сражайся за нас…»

– Сайлас, – проговорил Эдвард. Словно отдал приказ, который следовало исполнить. И Сайлас послушался.

Я наблюдал, как он молча вышел за дверь, утаскивая с собой мое сердце. Я закрыл глаза. Эдвард прочистил горло.

– Думаешь, я глупец? – спросил он.

Я моргнул и, с трудом повернув онемевшую шею, посмотрел на Эдварда. Тело болело. Я всем своим естеством ощутил уход Сайласа.