Я (не) ваша Лия! (СИ)

И уж тем более, обвинять его во лжи, — он приближается ко мне вплотную, возвышаясь надо мной отвесной скалой. Пытается надавить и надменной позой, и свинцовым взглядом. Сломать. Согнуть. Раздавить. Подчинить своей воле.

Неспешно встаю, выпрямляюсь. Какое счастье, что мы одного с ним роста! Не торопясь с ответом, носом втягиваю воздух, целиком заполняю грудную клетку. Сквозь его высокомерие отчетливо ощущаю вонь фальши и лжи. Пристально смотрю в его серые глаза и вижу, как плещется на дне зрачков вымораживающая злость. Он не привык к отпору от подчиненных, к тому, что другим очевидно его нутро.

— На днях ты просил меня отчитаться о внутренней работе, сир. Мой отчет слегка запоздал, но это ничего. Вот мой главный вывод. Прошли те времена, когда я слепо доверяла своему капитану. Ты, бывает, ошибаешься, и я не намерена мириться с тем, с чем категорически не согласна."

"— В чем я ошибаюсь? Раз уж мы беседуем по душам, укажи мне на мою ошибку, о, не по годам мудрейшая дева!

Тяну ему свою припухшую восьмерочку на руке — пусть полюбуется!

— Твоя ошибка заключается в том, что ты не дооценил моей связи с Ардо. Я точно знаю: у него проблемы, и начались они на границе. Зачем ты вставал позапрошлой ночью в пещере? Куда отсылал своего креака?

— Ты не смеешь требовать у меня отчет, — заявляет он, заметно побледнев. — Еще вчера утром я был уверен в тебе, как в себе… Но и просветленной Лии Клерр вскружил голову этот дрянной мальчишка… Когда мы вернемся в храм, я настойчиво порекомендую верховному отправить тебя в самое начало пути. Отмывать горшки и стирать белье в лазарете. Твоя задача — вновь научиться подчиняться указам.

— Сударь… то есть сир! Позволь тебе напомнить, что мы заключили соглашение. Я следую за тобой в храм, если мой жених беспрепятственно переходит границу и покидает Левию. В ином случае я собираюсь в самое ближайшее время познакомиться со своими будущими свекрами, хочешь ты того или нет.

Капитан, еще раз прошив меня ледяным взглядом, наконец, признает поражение. Садится на камень, с которого я только что встала, резкими движениями достает из ситы желтоватые бумаги, перо и цедит сквозь зубы:

— Диктуй!

Глава 9

Ардо весь день провел на ногах, перекусывая на ходу. Пару раз он наткнулся на военный патруль. Пришлось остановиться и извлечь свои документы. Осторожно прикрывал их плащом, чтоб чернила не расплылись под дождем. Грамота, состряпанная капитаном, сделала свое дело — не понадобилось даже пускать в ход золотые талы, заботливо переданные ему от родителей Кривой Амалией. Но и эти две небольшие задержки вызвали немалую досаду.

Каждое промедление грозило тем, что формальное объявление войны застанет его на левийской земле.