Я не твоя (СИ)

Вообще боялась, а друг он откажет мне? Не захочет иметь со мной ничего общего? Да, я понимала, что вряд ли он так поступит, но… опасность же всегда есть? Опасность получить отказ.

Как хорошо, что он отказал мне тогда, в кабинете!

И как хорошо, что все так сложилось после.

- Я любил этого малыша, уже тогда, когда сдавал первые анализы. Не потому, что рассчитывал быть ближе к тебе. Просто потому, что ребенок твой.

Мы вернулись домой, хотя я хотела остаться в клинике со Светой, но сегодня с ней мама Тамерлана. Они тоже очень привязались друг к другу.

Я смогла простить. Потому что это очень просто – прощать. Гораздо проще чем копить обиды и ненависть.

Когда ты кого-то прощаешь ты не становишься лучше, выше, чище. Ты просто остаешься человеком. Вот и все.

Тамерлан готовит нам ванну, погружает меня в теплую воду. Чтобы сделать массаж. Я сижу, облокотившись на его спину, опустив затылок на широкое сильное плечо, он поддерживает и гладит мой живот.

Это наша любимая поза – сидеть вот так, обнявшись. Соединившись в одно целое.

- Я подумал, мы могли бы переехать на Кипр. Ты привыкла жить там. Там твоя школа, твоя любимая работа. И для детей там лучше. Солнце, море…

Да, а еще ветер и жара…

Я улыбаюсь, зная, что Тамерлану не просто принять такое решение.

Но мне на самом деле хочется часть года проводить там, На Кипре. Может быть осень, весну. Пока дети маленькие, не ходят в школу – надо попробовать. Да и потом, со школой тоже можно будет что-то придумать.

Тамерлан поднимает мою ладонь, переплетает наши пальцы, подносит мои к своим губам.

- И свадьбу нужно тоже сыграть там. На пляже, как ты считаешь?

- Свадьбу? Еще одну? Слишком много свадеб!

На самом деле мы поженились еще под Новый год. Скромно. Просто расписались. Устроили домашний ужин. Только свои. Мы, дети, его мама, моя мама с Андреасом, родители Петроса – Николас и Светлана. Юсиф и Айна. Хосия с Тенгизом.

Я рассказала Тамерлану как познакомилась с мужем Хосии. Он долго сидел, опустив голову. Потом опустился передо мной на колени.

- Не нужно, Тамерлан, встань, ты… ты уже искупил вину. Всю, без остатка.

Я знаю, что потом он сделал хороший подарок семье Тенгиза, подарок, от которого тот хотел отказаться, но я настояла.

- Не обижайте его, он от чистого сердца.

Тамерлан сильно переживал то, как поступил Ильяс, хотя брата своего он тоже давным-давно простил.

А я… Прощение делает нас людьми. Ильяс дорого заплатил за свою глупую жестокость.

- Ты опять думаешь о чем-то серьезном и печальном, Светлячок?

- Нет, ни о чем таком?

- Значит, свадьба на Кипре?

- Можно и в Москве. Не важно. Важно, чтобы с тобой.

Я поворачиваюсь, чтобы поцеловать его. Мы выбираемся из ванны, через минуту оказываемся в нашей огромной постели. Тамерлан шутит, что ему опять с трудом удается заснуть. Но уже по другой причине.