Я не твоя (СИ)

Даже днем не заходила, когда он был на работе.

Это место было для меня под запретом. Сейчас я оглядываюсь, задавая немой вопрос.

Тамерлан практически лежит на мне, улыбается, пытаясь повернуться боком, и не свалиться.

- Как ты тут спишь?

- Плохо сплю. Правда.

- Я представляю, - улыбаюсь, глядя на него, провожу пальцем по складке между бровями, у него нет морщины гордеца. Мне это нравится.

- Я просто не мог уснуть на большой кровати, мне все время казалось, что ты рядом, что ты куда-то ушла, я терял тебя во сне. Несколько лет терял. – Тамерлан говорит серьезно. Хмурится. - Мне постоянно снился сон, что ты скачешь на Альхайят, мы с Тамерланом за тобой, вы прыгаете и… летите, летите, а мы падаем в пропасть. Я просыпался, понимая, что тебя нет рядом и не мог уснуть.

- Бедный…

Он целует мои пальцы и продолжает.

- Однажды ездил по делам, и в отеле почему-то был номер с двумя отдельными кроватями, я не брал дорогой, взял самый обычный – провести ночь, мне хватало. И вот я уснул на узкой кровати и неожиданно для себя выспался. Я даже специально заказал такую же кровать как там. Они, наверное, решили, что я сумасшедший миллионер, заказал копеечную кровать с дешевым матрасом. Но зато я хоть немного стал высыпаться.

- Ты сумасшедший миллионер?

- Нет. Сумасшедший миллиардер.

- Даже так. – исследую кончиками пальцев его лицо.

- Сошел с ума от любви к одной девушке.

- К девушке?

- К женщине. С золотыми волосами. Мечтаю с ней встретить рассвет на Килиманджаро.

- Нет, я больше туда не полезу, это исключено!

Мы смеемся, потом Тамерлан снова смотрит серьезно.

- Хорошо, а рассвет дома, в моей постели? Каждый рассвет, сколько бы ни было суждено?

- В этой постели?

И мы опять смеемся, потому что в этой мы точно вряд ли сможем нормально спать вдвоем. И снова он становится серьезным, целуя каждый пальчик на моей руке.

- Зоя, я знаю, что не имею права просить. Но ты сможешь когда-нибудь меня простить?

- Ты просишь простить тебя? – я удивлена. Я ждала другого.

- Да.

- Всего лишь простить…

- Всего лишь? – он смотрит и не понимает!

- Я думала, ты попросишь о другом.

- О чем? – нет, он на самом деле не понимает!

- Думала, ты попросишь меня стать твоей женой.

- Что? – я сумела его шокировать!

Но мне так хорошо, я так счастлива, что даже смеяться над ним не в состоянии.

- Я бы даже сказала тебе «да», Тамерлан Умаров! Но теперь подумаю…

- Зоя!

Наконец он понял, и я все-таки смеюсь, а потом… потом обнимаю его крепко, и целую… медленно, нежно, подробно, глубоко, наслаждаясь его дыханием, биением его сердца…

- Зоя…

А потом поворачиваюсь на бок, прижимаясь к нему спиной, кладу его руку на свой живот, чувствуя, что глаза слипаются.

- Давай спать, Там, завтра воскресенье, дети проснутся рано, они хотели, чтобы ты сам отвел их в конюшни.

- Я люблю тебя, Зоя.

- Я тоже тебя люблю.