Я не сдамся, некромант

Тьма, он же спал! Еще секунду назад! Хотя, о чем это я? Это же Николас Монтегю, он чисто физически не способен поступать так, как я рассчитываю.

Стараясь не показать собственного смущения, я прихватила с кровати простыню и попыталась в нее закутаться. Бестолковая попытка, особенно когда тебя прожигает острый взгляд.

- Утро уже, - невозмутимым голосом ответила что-то невразумительное я. И Тьма его знает, что я этим хотела сказать.

- И? - обращаться к тьме с подобным вопросом Ник не собирался, предпочитая уточнять информацию у более близких источников.

- Мне пора, - предприняла новую попытку я. Не тут-то было. Меня нагло ухватили за руку и повалили на постель, нависнув и придавив собственным весом.

- Ник! - возмутилась я.

- Нет, Ами, - улыбаясь, как котяра, покачал головой он.

- Что нет? - оторопела я, не понимая, что конкретно он имеет ввиду в этот раз.

- Не так надо начинать доброе утро, - явно веселясь, ответил он. - Научить, как правильно?

- Ты лучше студентов своих поучи, - попробовала выскользнуть из его хватки я. Ага, как же! Мне, наверное, скоро медаль за наивность можно будет выдавать.

- Ты же лучше студентов, - сообщил мне этот нахал, нарочито медленно проводя большим пальцем по моей щеке и слегка касаясь губ. Почему-то эти неспешные движения заставляли меня, как завороженную, смотреть на Ника. Так, стоп, Амелия Ленгтон, немедленно соберись!

- Николас! Я, конечно, тронута, что ты меня так высоко оценил, - я все еще пыталась возмущаться, хотя больше всего на свете мне хотелось бы заткнуть свою гордость куда подальше и остаться здесь. Но пришло утро, а вместе с ним и реальность.

- Неправильный ответ, - покачал головой он. - Будем тебя учить.

- Ч-чему? - от неожиданности я даже заикаться начала. Откуда мне знать, что пришло в голову этому ненормальному?

- Правильному доброму утру. Правильное пожелание спокойной ночи мы вчера уже выучили, - сыто улыбнулся Николас. Тьма, да что ж он довольный-то такой? Так и хочется оскал немного подправить, чтоб не смущал! А этот гад, словно слыша мои мысли, пояснил:

- Знаешь, вредность моя, когда я засыпал, по комнате летали бабочки.

- Да как так-то? - не сдержалась и воскликнула я, потом до меня дошло. - Как ты меня назвал?

- Вредность моя! - повторил он. - Для радости ты сегодня с утра слишком много возмущаешься. Ну, а что моя - это теперь сомнению не подлежит, - и с этими словами меня поцеловали, да так, что мысли начали куда-то нагло разбегаться. А ну стоп! Задыхаясь от нехватки кислорода и нахлынувших чувств, я попыталась отстраниться, увернуться от поцелуя. Чудом, не иначе, мне удалось все-таки его прервать, и я опасливо уточнила:

- Что ты имеешь ввиду?

А в ответ встретила невинный взгляд, который куда больше подходил бы ребенку, но не вредному некроманту.