Я (не) прощу тебя. Измена мужа

Я ее подкармливала столько лет, а она куснула за ту ладонь, с которой ела?!

Вот значит, как?! – анализирую. – Значит не Кристина, а Лилия Сергеевна была той, кто держал на привязи Кристину. Но почему же тогда мне Анфиса солгала?

– Ну, здесь я вам не помощник…

– Ты нигде помощником не оказалась, – жестко осаживает девушку свекровь. О, да, я представляю лицо Кристины, когда она услышала настоящий тон этой женщины.

– Лилия Сергеевна, как вы со мной разговариваете?

– Так, как считаю нужным. Все. Хватит. Надоело. Ты как была тряпкой, размазней, так ею и осталась. Где это видано, такой красивой девке не удается удержать здорового самца?

– Лилия Сергеевна! – возмущенно.

– Все. Свободна. Уходи. И чтобы я не светилась. А лучше поезжай в свою Америку, там, на фоне силиконовых кукол, ты будешь смотреться более органично.

– Ну, вы и стерва, Лилия Сергеевна. Как же мне повезло, что случилась такая ситуация. Не завидую я вашей Ксении. Вы ужасный человек. Ужасная женщина и ужасная свекровь.

– Закончила?

– Да. Адьёс, Лилия Сергеевна. И советую вам не втягивать меня в это дело. Прошу не забывать, что это мой папуля – прокурор, а не ваш муж.

– Иди уже. Непутевая.

Кристина, фыркнув, выскочила за дверь, громко ей хлопнув.

А я, не выдержав напряженной позы, покачнулась и с грохотом выскочила из кабинки, вырвав щеколду, но чудом удержавшись на ногах.

– Значит, все слышала? – увидев меня, у свекрови даже тени сожаления не проскользнуло, женщина потянулась, расправила плечи, смотрит на меня сверху вниз с презрением. – Побежишь докладывать?

Я действую быстро, скорее, интуитивно, на подсознательном уровне, собравшись в тугую пружину, готовлюсь себя защищать и отстаивать, но это внутренне, а снаружи я кажусь растерянной, чувствую себя как-то неловко, потому что оказалась в роли шпионки.

– Не знаю, – отвечаю честно. – Но я соглашусь с Кристиной: вы, Лилия Сергеевна, ужасный человек. Циничная стерва. Вы хоть понимаете, что из-за вас страдают невинные люди. Как вы так можете издеваться над своей собственной внучкой?

Женщина на мгновение замирает. А я же, не будь наивной, замечаю на кафельной столешнице, куда были вмонтированы раковины. папку, решаю для себя, что она мне жизненно необходима для разоблачения Лилии Сергеевны. Но до конца еще не осознаю для чего? Для отмщения себя? Киры? Игната? Или моей семьи?

Скорее. да, все вместе взятое.

Я хочу, чтобы эта женщина страдала так же, как и я, как и моя дочка.

– Мне на твое мнение плевать. Поняла. Я тебя никогда не считала парой для Игната. Да и допустила тебя в нашу семью лишь потому, что думала, что Игнат одумается и сам дойдет до того, чтобы вышвырнуть тебя. Ведь кто ты и кто он! Ты беднота и голытьба. Без роду, без племени.