Я (не) продаюсь (СИ)

-Не смей со мной так разговаривать,- рычит Тигран мне в лицо, и его хриплый голос ледяными мурашками расползается вдоль позвоночника.

Я машинально приоткрываю рот в попытке схватить недостающего кислорода, вжимаюсь затылком в пол.

- Ты поняла? - кулак ударяется о палубу около самого уха.

Чёрный хищный взгляд впивается в лицо. Мне становится страшно. Киваю, смотря на него широко распахнутыми глазами. Тигран наклоняется ещё ниже, почти ложится на меня. Шепчет глухо, задевая щетиной краешек уха.

-Только мое расположение спасает тебя сейчас от созерцания какого-нибудь тройничка, а может и участия в нем. Так что подумай хорошенько, прежде чем дерзить и его терять. В третий раз предупреждаю. И это последний...Точно поняла?

Я всхлипываю уже громко, снова кивая. Я ему верю. Тигран отстраняется и гладит меня по щеке. Но ощущается будто пощечина.

-Хорошая девочка.

Солнце вновь нещадно слепит, потому что мужская фигура больше не закрывает меня от него. Глаза начинают слезиться из-за невыносимой яркости небесного светила. Или мне хочется верить, что лишь из-за этого. И в этот момент я принимаю решение, что через восемь дней мы точно расстанемся. Да пошёл он…Не нужна мне такая жизнь. Ни за что.

39.

-Давай, Татлим, кончай, детка... Ещё в попку хочу..."

"Я послушно прикрываю глаза, сосредотачиваясь на прошивающих насквозь ощущениях. Тигран всегда так делает, когда хочет анального секса. Сначала доводит меня до оргазма, чтобы тело было максимально расслабленным, пресыщенным. А потом уже делает со мной, что в голову взбредёт, не боясь наткнуться на сопротивление. Один раз попробовал сразу, но мне было неприятно, и вопрос был моментально снят. В постели Керефов был настолько же чутким, насколько непробиваемым в реальной жизни. Здесь ему было важно моё восхищение, отдача, ощущение победителя. Что это именно ОН довёл меня до такого состояния, о котором я раньше даже понятия не имела. В быту же его интересовала в основном покорность. Все споры на уровне шуток, ни слова против в лоб. Только издалека, проявляя чудеса гибкости. Тиграна я тоже уже довольно хорошо изучила. Поговорка про женщину- шею, то есть лишенную возможности открыто говорить, но способную в принципе влиять, с ним приобретала какой-то тяжелый глубокий смысл.

Удушливый жар разливается по кровотоку, концентрируясь внизу живота в одной нестерпимо зудящей точке. Воздух, густой от разгоряченных влажных тел, забивает лёгкие, вибрирует от издаваемых нами звуков. Член с чавканьем быстро погружается в разбухшее от притока крови лоно. Тигран давит на клитор круговым движением. Он уже точно знает, как нравится именно мне. Как сделать это быстрее. Из горла вырывается капризный всхлип, как из идеально настроенного инструмента.