Я не предам тебя

Вы переберётесь в Азалию и что дальше? Ты сможешь гарантировать, что в один прекрасный момент этот гразловый выродок не нанесёт удар по ней или по твоей дочери! Если у него такие возможности – тени могут не помочь, тем более есть артефакты на несколько мгновений сдерживающие глубинную тьму. А потом запрёт в каком-нибудь убежище наполненном изаголифом и не найдёшь ты не Аделину, ни свою дочь!

– Грахнову ж мать! Я должен подумать! – ударил Леандор кулаком по столу.

Он всё это прекрасно и сам понимал. Знал, что это только один из вариантов угрозы, но от мысли, через что придётся провести Дели, через какие душевные терзания – становилось паскудно на душе.

Как бы ни настраивал себя Леандор, но к оговоренному и со всех сторон обдуманному световику, у него выворачивало душу, а хладнокровия не было и в помине.

Аделина с трудом удержала улыбку, выпуская малышку из объятий, когда их время общения вышло. Бросив тоскливый взгляд на дочь, которую уже увлекла игрушками пожилая женщина, исполняющая обязанности няньки её доченьки, вышла из комнаты. К удивлению дворецкий в этот раз не провёл её до выхода, а сообщил о предстоявшем разговоре с герцогом и сопроводил в кабинет.

Адель даже и не пыталась спрятать во взгляде ненависть, что клокотала в её душе. Гордо вздёрнув подбородок села в кресло, неосознанно отмечая осунувшийся вид Леана. Всё в его облике говорило о том, что в жизни мужчины происходит что-то не очень светлое – нервно постукивающие пальцы по столешнице, виски отчего-то посеребрила седина. «Хотя может она и была, просто я не замечала ранее» – промелькнула мысль, и Адель не удержала злорадной улыбки: – «Ничего, я найду способ превратить твою жизнь в сплошную боль!»

– Баронесса, – начал разговор Леандор, – сообщаю вам, что мне наскучила Заливия, и я в ближайшие пару световиков отправляюсь обратно в Алазию, естественно забрав Софи, – произнёс со скучающим тоном, хотя внутри было тошно от самого себя.

– Но… но как же… – Аделина до этого с ненавистью взиравшая на него, сейчас растеряла всю выдержку и потеряно смотрела на Леандора.

Он качнулся в её сторону, и молодой женщине даже показалось, что у него в глазах промелькнула тень сочувствия, но когда он продолжил, ей хотелось закричать от отчаяния.

– Естественно вы можете прибыть в Азалию, когда завершите здесь свои дела и там видеться с Софи.

Леандор, понимая, что более не выдержит её обречённого взгляда, резко поднялся и направился на выход, на ходу бросив:

– Поговорите с коронером, не знаю – может он вам в чём-то поспособствует. Всего вам, баронесса, – и вышел за дверь, оставляя Аделину.

Стремительно направился в детскую, где подхватив Софи на руки, ушёл в подвал.