Я не предам тебя

 – Тьма толкала нас, чтобы мы… – проговорила и, прикусив губу, закрыла глаза от внезапной горечи, которая разлилась внутри, затопив сердце, – Ты ведь уже проходил этот обряд, не так ли?

«Конечно, проходил – с первой женой! В то время как я рыдала, впадала в отчаяние, искала выход, будучи беременной Софи он здесь наслаждался, брал её тело и стонал от наслаждения, как и она!» Мысли резали огненной болью, и душа плакала от обиды, зато разум, наконец, полностью прояснился!

– Дели, всё не так… – порывисто начал Леандор, поняв, к чему ведёт Аделина.

– Не стоит! Это уже ни к чему! – Аделина, не поднимая на него глаз, тяжело встала и направилась в спальню, даже не остановившись после его слов:

– Дели, всё действительно не так! Сейчас нет времени, чтобы объясняться, иначе мы опоздаем во дворец, но после мы обязательно поговорим!

Это были последние слова, после которых Аделина закрыла дверь в свою спальню. Хотелось забраться под одеяло и поскулить как побитый зверёк, выплакаться, но нет – перед глазами возник образ дочери. Встряхнувшись, подняла выше голову и направилась в ванную.

Глава 24

Первыми в спальню впустили Бэттину с Софи на руках и Аньезу. Аделинав этот момент потрясённо разглядывала себя в зеркале, затем медленно обернулась под восхищённый вздох женщин:

– Аделина… – выдохнула Бэттина.

– Ох, искристые! – вторила ей Аньеза.

Модистка, поправив складки платья, при этом довольно улыбаясь, отошла от Аделины:

– Да, прекрасно! Великолепно смотрится! Вот это ваш фасон!

За три импульса Аделина искупалась, над её волосами поработал парикмахер, от чего сейчас они переливались, словно сама тьма осыпала их звёздной пылью, и были уложены в причёску, оставляя основной каскад волос струиться тяжёлым полотном по спине. Целитель-маскировщик поработал над кожей, оживил лицо красками, выделив её серые глаза и придав яркости губам. И сейчас глаза действительно сияли, обрамлённые густым веером ресниц, а губы манили алым цветом. Но самым важным для Адель было то, что ему удалось каким-то волшебным образом добиться фактически полной маскировки её шрамов!

Платье же было великолепным! На удивление Аделины модистка обошлась без корсета, который был неотъемлемой частью нарядов дам Алазии, и завысила линию талии.

Она была права – после родов, фигура Адель претерпела небольшие изменения – бёдра стали немного шире, а грудь после кормления дочери – больше. Но Адель до этого не особо обращала внимания на свою фигуру. У неё была одна цель в жизни – обеспечить себе и Софи безбедное существование и, причём только собственным трудом, а не за счёт замужества, поэтому и за модными новинками, нарядами Адель не следила.

Сейчас же завышенная линия талии подчеркнула прекрасную форму и шикарный размер груди.