Я не играю по правилам

— Хочу видеть тебя. Ты у меня самая красивая… — хриплю, приподнимая ее и усаживая на край стола. У меня есть одна коварная мысль. Я потом ей скажу, а пока…

Пока я снимаю штаны, надеваю презерватив и, глядя Вике в глаза, осторожно вхожу в нее, отлавливая каждую эмоцию и боясь сделать больно. Она дрожит. Это напрягает.

— Все нормально? — замираю, сжимая ладонь на ее бедре.

— Да, просто… — опускает взгляд. — Давно не было… Я отвыкла, и…

— Все хорошо, я тебя понял, — прижимаю к ее губам пальцы, чтобы объяснение не превратилось в оправдание. Ей не за что оправдываться передо мной. Я понимал, что в ее голове все сложно. Понимал, что с мужем тоже были проблемы, иначе они бы не развелись.

И веду себя с ней, как с девственницей, приучая в каждому толчку своих бедер. Показывая, что со мной не страшно, что со мной хорошо. Ей требуется время, чтобы снова расслабиться. Ее теплые руки плавно гладят меня по плечам, спине, затылку. Она упирается ладонями в столешницу, отклоняется назад, позволяя мне больше.

Наш секс становится быстрее, но я продолжаю следить за ее эмоциями. Покрываю поцелуями открытую шею, языком ласкаю темные соски, и делаю жадный рывок. Вика тихо охает и зажмуривается. Ее бедра плотнее сжимают мои. Все супер, все как надо.

Под мерный стук стола о стену, под урчание холодильника, под падающие капли как под музыку одной конкретной квартиры, мы не занимаемся сексом, мы занимаемся любовью. Я стараюсь растянуть этот процесс, чтобы насладиться каждым ее тихим стоном, каждым поцелуем и тем жаром, что наполняет меня с каждым движением.

Она кончает, а я плавлюсь, будто в вены хлынул крутой кипяток. Так тихо и так красиво.

Даю ей возможность прочувствовать оргазм по полной и только после позволяю себе расслабиться и догнать свою женщину в удовольствии."

"Тяжело, глубоко дышу. Прижимаю обнаженную Вику к себе, чувствуя, как все еще твердые соски трутся о мою кожу, а ее пальцы медленно водят по моему затылку.

— Мы сумасшедшие, — вздыхает она.

— Это же круто, — вожу пальцами вдоль ее позвоночника. — Что там с чаем?

— Ты серьезно? — округлив глаза, Вика удивленно смотрит на меня.

— Конечно. Я же на чай пришел, и все еще его не получил, — широко улыбаюсь ей. — Только десерт.

— Придурок, — она тепло, искренне смеется, утыкаясь лицом мне в плечо.

— Есть немножко. Иди в душ, я сам справлюсь с чаем, — нехотя отпускаю ее.

— Уверен, что не спалишь мне кухню? — Вика собирает свою одежду и прикрывается ею.

— Если что, заберу тебя к себе, — я тоже поправляю на себе одежду, решив пока забить на футболку.

Пока в ванной льется вода, заново кипячу воду и разливаю чай по кружкам. У Вики настойчиво звонит мобильник. Не удержавшись, заглядываю в экран: «Мама». Признаюсь, становится легче. Сам не заметил, как успел напрячься.