Я (не) хотела этой свадьбы, ректор!

Одна из девиц была худющая с длинными ярко-розовыми волосами, другая девушка в теле с синими каре и пирсингом, а третья, с кислотно-зелёной короткой стрижкой под мальчика и в такими же по цвету ногтями, которыми, казалось, можно было бы пробить стену.

А… «Гарпии». Это были поклонницы Полли, насколько мне было известно, которые отчаянно желали прорваться в приближённые к элите Академии — Тетрархам. Две девицы по были сёстрами по фамилии Тирс — Анастейша и Аннабель; третью звали Глория Урсус.

Все они смотрели на новенькую девочку, которая стояла на входе в столовую, держа в руках стопку учебников.

На ней были большие очки с выступающими крыльями, которые действительно напоминали корону.

В глазах новенькой читалась паника, а губы дрожали от страха. Я почувствовала, как внутри меня закипает гнев.

— Неужели кто-то не объяснил ей, что здесь не модный показ? — произнесла одна из девушек, и остальные дружно загоготали.

Я знала, что должна делать. Пройти мимо.

Полли, настоящая Полли, никогда бы не обратила внимание на происходящее.

Мой инстинкт самосохранения, как жертвы школьной травли, говорил мне то же самое: игнорируй, тебя это всё не касается.

Но потом я увидела, как новенькая девочка, сжав губы, попыталась пройти мимо гарпий.

Но розововолосая Анастейша поставила ей подножку, и новенькая, споткнувшись, полетела. Очки, конечно же, тоже улетели вперёд.

— Корону подними свою, — противным голосом протянула розововолосая, а две другие мерзавки снова загоготали.

У меня в глазах потемнело…

Глава 34

— Эй, вы, — произнесла я, и мой голос прозвучал громче, чем я ожидала. — Может, вы не заметили, но, кажется, наша подруга по Академии споткнулась. Помогите ей.

Все взгляды обернулись ко мне. Я чувствовала, как внутри меня хлещет адреналин через край, и уже не могла сдержаться.

За всё то, что мне само́й пришлось вынести в школьные годы, за все насмешки, подножки, тычки и унижения.

В моём классе меня называли «недоумкой».

Смеялись, когда я не могла ответить на простой вопрос учителя, потому что стеснялась поначалу, а потом просто боялась, если меня похвалят.

Тот смех, резкий и колючий, до сих пор ранил мою душу, если я вспоминала об этом. Почему я не могла тогда дать отпор?

Я помню, как однажды, в день моего рождения, девочки из класса решили устроить «сюрприз» — они принесли тортик. Я не могла поверить своему счастью, что они, наконец, сменили гнев на милость.

Но вредные девицы перевернули его мне на голову. Я стояла с размазанным кремом на лице, а они хохотали, как будто это была самая весёлая шутка в мире. Сволочи!

Теперь, глядя на лица этих девиц из Магической Академии, я чувствовала, как во мне клокочет жажда мести.

Для этих мерзавок, я не слабая девчонка, которую можно было дразнить. Я их королева.