Я (не) хотела этой свадьбы, ректор!

Как простолюдинку прощать мне назло, так это ты первая, а как слово своё держать во благо семьи, так это не для твоей царской особы! Думаешь, королевская кровь, доставшаяся тебе от отца, даёт тебе право менять мнение по своему желанию?! Нет! Больше, чтобы я этого не слышала!

Я, мрачно уставившись в потолок, выслушивала ядовитые упрёки чужой матери и думала о том, что при такой родительнице не странно, что у девицы, чьё тело я заняла, такой поганый характер.

— Вот же высокомерная выскочка! — продолжала изрыгать ругательства женщина. — Всё это в тебе от твоей высокомерной матери досталось! Та тоже всё нос задирала, а её отец — всего лишь настоятель храма Кеймоса!

Ага, значит, передо мной всё-таки не мамаша, а мачеха. Ну, тогда тем более, всё понятно.

— Чтобы быстро встала и отправилась на занятия! Нечего из себя жертву изображать, подумаешь, «местью» отравилась, — злобно фыркнула мачеха. — Лучше надо смотреть, что ешь и пьёшь, идиотка! Говорила тебе, есть только в вашем отдельном зале для четверых! А ты что?! Опять ночью в своей комнате жрала в постели?!

Какой странный лексикон для благородной дамы. А она сама-то, эта визгливая мачеха, из какой семьи родом?!

Вряд ли из благородной, иначе бы зачем она столько раз тыкала в величие моей семьи? Она явно кичится принадлежностью к этому роду, а значит, своим похвастаться не может.

— Значит, так, встаёшь сейчас и марш на занятия! — рыкнула напоследок «мамаша». — Нечего позорить отца! Ты что, хочешь, чтобы люди думали, что дочь семьи Вейеро настолько глупая и некомпетентная ведьма, что даже яд не почувствовала?!

Вот именно! Раз уж я такая талантливая ведьма-предсказательница, то как же я не почувствовала?! Почему этим вопросом никто не задаётся?

Почему вообще никого не интересует вопрос, кто и зачем меня отравил?

Почему на меня только все «наезжают» за то, что я приняла яд?! Вряд ли эта девица, избалованная королева школы, по своей воле это сделала!

— Ты поняла меня?! Вставай!

Я продолжала пялиться в потолок. Если хочет ответа, пусть снимет заклинание с меня.

— Полли! Отвечай мне, дрянь! — женщина снова влепила мне пощёчину. — Вставай, я сказала!

Я мрачно посмотрела на неё. Ну, баба мерзкая, держись.

Я тебе за каждый удар втрое отомщу. Значит, ты моя мачеха, а отец меня любит?! Поживём-увидим, кто будет этой семейке Вейеро принадлежать!

Спазм исчез, как и давление со стороны одеяла. Я перевела взгляд на мачеху.

— Я вас поняла, мачеха, — холодно ответила я, освобождаясь из-под одеяла.

— Ах ты, дрянь неблагодарная! — взвизгнула женщина. — Как ты меня назвала?! Я тебя вырастила, воспитала, всю душу в тебя вкладываю, а ты меня смеешь мачехой называть?!

Интуитивно я почувствовала, что она сейчас меня ударит.

Точнее, я как будто увидела это.