Я научу тебя любить

И пусть он имел в виду лишь то, что элементарно не знает, чего хотелось бы ей — в силу разницы в возрасте, но Аня восприняла это как самый настоящий вызов. Приняла его… И долго думала, как бы реализовать нереализуемое. Что-то такое, что доставило бы удовольствие и ей, и ему.

О том, чтобы тащить Корнея и тащиться самой в какой-то ночной клуб и речи не было. Аня относилась к подобному времяпровождению более чем холодно, а Корней так и вовсе выглядел бы там скорее всего самой белой из возможных вороной.

Также он вряд ли порадовался бы предложению проверить свою командную работу в квест-комнате.

Не было смысла заставлять его посещать концерт любимой Аниной рок-группы…

Звать на футбол или хоккей, когда она сама не любила ни один из этих видов спорта…

Иногда, проводя бессонные ночи в раздумьях, Аня совсем теряла веру в то, что удастся придумать хоть что-то… Но со своим привычным упрямством продолжала попытки. И вселенная, по всей видимости, оценила ее старания, потому что внезапно подбросила рекламную афишу филармонии, в которой значилось, что в Киев приезжает Анин любимый гитарист. Если можно так сказать — идол. Человек, чьи пальцы из музыки делают магию…

Идея возникла и оформилась моментально. Аня не сдержалась, сбросила Корнею ссылку…

Увидела, что он тут же прочел, начала набирать пояснение, но не успела.

Так и не закончив свое: «ты просил приду…», с улыбкой пялилась на прилетевшее раньше времени: «ок. Вечером возьмем билеты».

А вечером крутилась вокруг сидевшего за столом Корнея, который молча сначала выбирал места, а потом оплачивал, распинаясь о том, как это будет замечательно…

Мужские губы слегка подрагивали в улыбке, но этим весь скепсис и ограничивался. В конце концов, чего он ждал от мечтательницы? Только чего-то вот такого неожиданного. И вполне серьезно допускал, что будет совсем недурно.

Единственное, о чем предупредил сразу: если на работе случится внезапный аврал, он пойти не сможет. Говорил серьезно, очень надеясь на то, что Аня так же и воспримет, а потом не будет обижаться. Но она, судя по всему, была слишком рада, чтобы задумываться о подобной возможности.

Сама-то думала о другом…"

"Всегда, попадая в «святые стены», сидя на балконе, с огромным интересом разглядывала не только исполнителей на сцене, но и пары, занимавшие первые ряды партера… Импозантных мужчин и утонченных дам. Иногда взрослых. Иногда совсем молодых. Иногда с интересом следящих за происходящим, с восторгом аплодирующих. Иногда предпочитавших после нескольких посвященных искусству минут доставать телефоны и опускать взгляды в них.

Это Анино любопытство было схоже с тем, которое поначалу вызывал у нее Корней — интерес с опаской относительно совсем ""других"" людей.