Я нарисую тебя (СИ)

По моему телу предательски пробежали маленькие молнии, оно выгнулось дугой, невольно прижимаясь к мужскому телу. Низ живота свело в сладкой судороге от прикосновения к каменному члену, и с губ сорвался невольный стон. Лайон отвлекся от игры с моей грудью, и впился в мой рот, проникая в него языком. Мои ноги моментально стали ватными, голова закружилась, и я невольно ответила на поцелуй. Подняла руки и зарываясь пальцами в еще влажные завитки на шее. Его губы требовательно подчиняли себе. Язык соприкоснулся с моим, отдавая вкус терпкого вина.

Наши стоны, наверное, были слышны во всем замке. Руки Лайона сжали мои ягодицы, притягивая с силой меня к себе, заставляя тереться о свои бедра в каком-то жадном безумии. Граф легко приподнял меня и, не прекращая поцелуй, завел мои ноги себе на бедра, почти насадив меня на свой член. Ткань моей рубашки задралась, обнажая бедра, я чувствовала, как двигается Лайон, трется между моих ног, касаясь чувствительной точки. Желание нарастало настолько стремительно, что я завертелась на нем, пытаясь избавиться от тонкой преграды ткани, что еще каким-то чудом держалась на Лайоне.

Лайон одним плавным движением переместился к кровати и опустил меня на мех, наваливаясь сверху. Я провела руками по его спине вниз, вдоль позвоночника, вцепившись в ставшую ненужной тряпку, попыталась содрать ее с графа.

– Видишь, я могу заставить желать меня так, что ты сама придешь ко мне, сладкая, – прошептал Лайон, оторвавшись от моих губ, спустился ниже, целуя шею. Внезапно я замерла, разом осознав, кто передо мной и что сейчас произойдет. Завозилась под ним, в попытке вырваться, а когда получилось освободить руку, с размаху дала ему пощечину. На секунду мы оба застыли, не отрывая глаз друг от друга. Со страхом я увидела, как желание сменяется гневом, и вскоре, на меня смотрел не возбужденный, а разъяренный мужчина. Лайон резко поднял меня с кровати и оттолкнул, повалившись на мех.

– Спи, где пожелаешь, ведьма! – сердито сказал он, забираясь под тепло шкуры. – Но ни шагу к моей кровати! – сверкнул он зеленым огнем глаз и отвернулся, растягиваясь по всей длине кровати.

– Не больно-то и хотелось, – проворчала я, но так, чтобы Лайон услышал, оглядела комнату в поисках места для сна.

После теплой и мягкой перины в комнате было холодновато, я схватила теплую шаль с кресла, укутала ею плечи. У стены стоял большой сундук, на котором лежала небольшая шкура. Я села на него и, вздохнув, попыталась улечься. По ширине было идеально, но вот ноги свисали, пришлось свернуться калачиком и подложить под голову руку. Злость и неутоленное желание бушевало во мне так, что, казалось, из глаз вылетали искры.