Муж, которого я забыла (СИ)

Дамская комната расположена в глухом аппендиксе просторного коридора. Здесь, на самом последнем этаже здания, на самом деле мало дверей. А в этой части коридора — и того меньше.

Я делаю несколько шагов, минуя плавный изгиб, и натыкаюсь на Акманова.

— А вот и ты! — Облегчённо выдыхает он. — Ну и перепугала ты меня, маленькая! Что случилось? Тебе плохо?

Я смотрю на него, не в силах подобрать слова. Поэтому говорю первое, что приходит в голову.

— Ты давно тут стоишь? Ты видел его? Мужчину? Он должен был пройти мимо тебя. Кто этот человек?

Денис обхватывает мои плечи ладонями и заглядывает в мои глаза.

— Что ты такое говоришь? Какой мужчина? Здесь никого не было, Лукерья. Я поднялся сразу, минут через пять после того, как ты повесила трубку. Если бы здесь были другие люди, я бы непременно их увидел.

Он озабоченно глядит на меня, но я больше не могу вымолвить ни слова. Это бесполезно. Незнакомец сделает всё возможное, чтобы выставить меня ненормальной. Он уже забрал мои воспоминания. А может полностью разрушить мою жизнь.

— Здесь никого нет и не было, Лукерья, — грубо говорит Денис, и у меня опускаются руки.

Что, если у незнакомца есть помощник? Он же не может действовать в одиночку? Что, если этот помощник куда ближе ко мне, чем я думаю?

— Я никого не видел, Лукерья, — голос мужа звенит, и он тащит меня за руку в кабинет отца. — Что за глупости ты выдумываешь? Твоё воображение так часто играет с твоим разумом, Луковка, что я не успеваю понимать, что происходит на самом деле, а что — плод твоего воображения. Здесь никого не было. Не было, слышишь?

Слышу, да. Но я больше не верю ни единому твоему слову, Денис.

31

Какая же я дура! Разве кто-то мог проникнуть в наш дом? Акманов же постоянно твердит мне, что дом — это самое безопасное место. Без его ведома никто не смог бы стоять так запросто на нашей кухне. Значит, он позволил! Значит, он заодно с преступниками! Значит, он ведёт какую-то сложную игру!

Играет со мной. Издевается. Позволяет другим издеваться. Втёрся ко мне в доверие, чтобы контролировать каждое моё движение.

Даже сейчас. Тащит меня против воли, плотно прикрывает дверь кабинета, и для верности закрывает на замок.

А после… Неожиданно притягивает меня в свои объятия и крепко сжимает. Он молчит. Я чувствую, как напрягается его тело, как литые мышцы застывают камнем, как скрипит сжатая челюсть.

Не отпуская меня, Акманов начинает перемещаться к столу, а там — усаживает меня на край, подхватывая под руки, как дитя, малое и неразумное, и берёт в руки мой телефон.

Ловко разбирает его и хмыкает, извлекая какой-то винтик.

Не говорит мне ничего, выходит из кабинета, но вскоре возвращается назад.

Собирает телефон и включает, вводя пароль. Выругивается, читая переписку и бросает на меня долгий задумчивый взгляд.