Я, мои мужья и их любовницы

Если что-то нужно будет, сразу же сообщи мне.

— Конечно, — кивнул я без задней мысли, а после приподнял брови в немом вопросе.

— Генерал был моим другом. Когда я только взошел на престол после смерти отца, он поддержал меня, помог сохранить власть. Именно потому его завещание я подписал лично, чтобы ни у кого не возникло желания оспорить его. И я чувствую себя виноватым из-за того, что не присмотрел за его дочерью. Решил, что раз девочка вышла замуж, значит, все хорошо и ее муж позаботиться о ней.

— Вы не виноваты… — протянул я сконфуженно.

— Все мы совершаем ошибки, Александр. Главное, иметь смелость признать их и больше не допускать подобного.

Согласно кивнув, я опустил глаза, думая о том, что дядя как никогда прав. Иметь смелость признать свои ошибки дорогого стоит, особенно, если человек наделен властью. И мне самому стоит обязательно извиниться перед леди Аделаидой, когда она придет в себя.

Я не имел права давить на нее, допытываться и заставлять говорить то, что она не хотела, как бы интересно мне не было. К тому же, она не сделала ничего плохого. В том, что она попала в наш мир, в тело прежней Аделаиды не было ее вины. Наоборот, она стала спасением для маленького мальчика. Впрочем, не только спасением и не только для мальчика, но и прекрасной спутницей, как минимум, для двух лордов, Чарльза и Джона.

И ведь совершенно не исключено, что она сможет стать прекрасной спутницей еще для кого-то. Чьей-то надеждой найти свое пристанище и семейное тепло…

* * *Глава 46

Глава 46."

"Хрипло застонав, я попыталась открыть глаза, чувствуя, как голова буквально раскалывается на части. Такое ощущение, что кто-то без всяких мук совести сдавливает мою голову, словно арбуз, превращая ее в какое-то месиво. Адское чувство, которое совершенно не дает возможности понять, кто я, что я и что, в конце концов, со мной произошло?

— Прошу вас, леди Аделаида, не шевелитесь… — едва слышно выдохнул кто-то рядом.

Промычав в ответ, я попыталась расслабиться и не шевелиться, чувствуя, как боль в голове становиться просто нестерпимой. Теперь мне явно кто-то пытается вскрыть череп и посмотреть, если ли в голове мозги. Больно…

Да что со мной?

Пересилив себя, я кое-как открыла слезящиеся глаза, смотря мутным взглядом перед собой. И как только смогла различить хотя бы очертания столпившихся у моей кровати людей, перед глазами всплыла небольшая голова какого-то зверя с большими глазами-бусинками. Отвести взгляд и не смотреть было выше моих сил, казалось, что я тону в чужом взгляде, чувствуя, как боль понемногу отходить на второй план.

Принятие, любовь и просто слепое обожание вывернуло всю душу наизнанку в одну секунду, заставляя хватать ртом воздух. Непередаваемое чувство единения. Обретения чего-то значимого, нужного, как воздух.