Я, Лунин…

Ну а по дороге вы мне расскажете, что, собственно, произошло."

"Спускаясь по лестнице, Илья, пытаясь проявить галантность, предложил:

— Я так думаю, лучше на моей машине поехать.

— Естественно, — на мгновение обернулась уже успевшая спуститься на целый пролет ниже Шестакова, — неужели вы думаете, что я буду ради вас бензин жечь.

В машине разговор тоже не задался. Ирина Владимировна лишь коротко пересказала Илье то, что он уже и так знал, а на вопросы Лунина отвечала с такой неохотой, что после нескольких безуспешных попыток разузнать какие-то новые, еще неизвестные ему подробности, он тоже замолчал, и единственным говорящим существом в салоне автомобиля остался навигатор, подсказывающий дорогу в Старое Ясачное, село, в котором Илья не был уже четверть века.

— Я правильно понимаю, что единственная улика, которая указывает на Лунина, — Илья запнулся, ему было непривычно произносить свою фамилию, говоря о другом человеке, — это найденные часы?

— Этого мало?

«Через двести метров поверните налево».

— Но ведь могут быть разные варианты, как эти часы там оказались. Сам Лунин что-то вам объяснил?

«Через пятьдесят метров поверните налево, затем триста метров прямо».

— Нет.

— От навигатора я получаю больше полезной информации, — констатировал Илья, оба его собеседника в ответ промолчали. — Вы мне говорите, куда поворачивать, я здесь не очень ориентируюсь.

— Это вы у кого спрашиваете? — ехидно поинтересовалась Шестакова.

«Вы достигли назначенной цели», — гордо провозгласил навигатор.

Лунин плавно, стараясь не выдать своего раздражения, утопил в пол педаль тормоза.

— Ирина Владимировна, уважаемая, — повернулся он к своей спутнице, когда «хайландер» остановился, — не будете ли вы так любезны подсказать, куда мне сейчас повернуть, направо или налево? Или мы так и будем стоять посреди дороги?

— Сейчас прямо, на следующем перекрестке берите вправо, это как раз будет улица, где живет ваш… — Шестакова нахмурилась и после недолгого молчания договорила: — Где живет Лунин.

— Общение с вами не только приятно для меня, но и необыкновенно полезно для продвижения нашего расследования, — усмехнулся в ответ Илья.

Свернув направо, «хайландер» неторопливо покатил по улице, на которой Лунин провел значительную часть своего детства. Как оказалось, за прошедшие двадцать пять лет сильно изменились оба. Взаимное неузнавание было настолько сильным, что Илья даже притормозил возле одного из высоких заборов, на котором рядом с глухой железной калиткой был закреплен адресный указатель.

— Радужная, девять, — прочитал Илья и неуверенно оглянулся на Шестакову. — Вообще ничего не узнаю. Когда я был здесь последний раз, таких заборов никто не строил.