Я куплю тебе новую жизнь

"

"– Ну что, Сладкова, выдохнула? Жив твой родственничек и даже вроде как чемпион теперь, – Соколовский шутил в своей манере, но в голосе парня явно слышно еще что-то. Неожиданно Стасе показалось, что это зависть. Подобная догадка слегка шокировала девочку. Раньше со стороны Артема она не замечала подобных эмоций. Поэтому Стася решила не акцентировать на этом внимание.

– Почему вроде как, Соколовский? Пояс WBO – это очень круто.

– Знаю-знаю. Просто решил подразнить тебя. Теперь, когда ты спокойна и довольна, пойдешь со мной в кино?

Девочка невольно вслушивалась в интонацию Артема. Голос был веселым.

«Наверное, просто показалось».

Стася расслабленно откинулась на подушку и хмыкнула.

– Хорошо. Только пускай это будет не фантастка и не ужастик. Ок?

– Насть, ты струсила?

– Определенно, нет, – спокойно отреагировала на подкол друга Стася. А потом и вовсе решила перейти на более важную тему: – Соколовский, у меня с тригонометрией проблемы!

– Дай-ка угадаю, взаимная нелюбовь? – не поддержал он ее озабоченный тон.

– Артем, я серьезно, – устало выдавила Стася. – Если я не напишу эту контрольную хотя бы на четверку, баб Шура с меня три шкуры снимет. Поможешь?

– Помогу, – наконец внял Соколовский.

– Ладно, уже поздно. Пока, Артем.

– Кстати, ты слышала, как комментатор назвал твоего Аравина? – не дал ей отключится Соколовский.

– Мм…

– Стальной русский волк.

***

По возвращении домой Аравин некоторое время отдыхал. Натаныч не пускал его в зал и не поддавался ни на какие уговоры.

– Рано тебе, сынок. Восстановись, как следует. Что ни говори, а бой был тяжелый.

Егор и сам это понимал. Во время боя, когда адреналин бурлит в крови, когда азарт и желание победы затмевает боль и усталость, кажется, что все довольно сносно. Настоящая усталость и боль приходят после поединка. Именно после можно адекватно оценить, насколько сложным был бой.

«Аравин умеет улыбаться, – написали в спортивной прессе. – Он запутал Кортеса. Сначала долго изучал, а затем продемонстрировал, что тоже обладает не менее сокрушительным ударом. К тому же на его стороне была скорость в движениях, ловкость и большая сосредоточенность. Мы увидели не просто яростную жесткость и стремление к победе. Здесь была безумно-медленная для Аравина тактика, буквально шаг за шагом. Он показал всему миру бокса, что умеет действовать на любой дистанции, и при этом он может быть как агрессором, так и игровиком. Он одинаково хорошо работает как первым, так и вторым номером».

– Молодец, сынок, – сказал Щукин, отбросив газету в сторону.

В зале было пусто. За окном уже стояла глухая ночь. Только Аравин с Щукиным не торопились уходить. Сидели прямо на матах, а рядом с ними на разложенной шахматной доске – початая бутылка водки и импровизированная закуска.