Я! Еду! Домой! Я еду домой!

На просторной стоянке вокруг четырех мебельных и хозяйственных магазинов раскинулся большой опорный пункт национальной гвардии, с техникой, колючкой, не слишком браво выглядящими бойцами в камуфляже, но с позициями многочисленных стрелков на крышах торговых корпусов. Рогатки и проволоку натянули между ними, довольно надежно огородив немалую территорию.

На противоположной стороне железной дороги, которую в этом месте пересекала Пасифик, раскинулся трейлерный парк, и там во многих местах горело – столбы черного дыма поднимались вверх. И более того, я разглядел там, а также на дороге перед опорным пунктом несколько трупов. Что произошло в трейлерном парке, было неизвестно, но точно ничего хорошего.

И тут нас остановили. И я ощутил, как мое сердце начале плавное скольжение сверху вниз. Если начнут проверять документы и легальность оружия…

Средних лет мордатый капрал в патрульной кепи и с висящей поперек груди М-16 махнул нам рукой, приказывая остановиться меж двух рогаток с намотанной на них «егозой», или как тут местный аналог этой спиральной колючки называется. Майк дисциплинированно нажал на тормоз, джип плавно остановился, чуть качнувшись вперед. Капрал подошел к водительскому окну, заглянул внутрь. Взгляд его равнодушно мазнул по нашему оружию. Затем он спросил:

– Ребята, за каким дьяволом вы выбрались из дома?

– Есть хочется, – по-простому ответил Майк. – Хотим добраться до «Уолмарта». Он открыт, кстати?

– Пока открыт, там наши вокруг, – кивнул капрал, продолжая буравить нас взглядом. – Но это ненадолго, как мне кажется.

– Почему? – спросил Серхио.

– Потому что толку от нашего стояния мало, – хмыкнул тот. – Мы не можем перекрыть даже основные улицы, гобблеры вылезают отовсюду, и с каждым часом их все больше. Еще день-другой, и нам их уже не сдержать.

– А здесь что проверяете? – спросил я, нагнувшись через спинку переднего сиденья.

– Смотрим, чтобы раненых не вывозили мимо кордонов. А то уже не раз бывало, что пытаются искусанных спасти и увезти куда подальше. Чертовы спики вообще наотрез отказываются выдавать своих раненых, а потом те на них бросаются. Видите? – указал капрал на горевшие трейлеры. – Там местная голытьба устроила свою тайную больницу для покусанных, а потом те разом вырвались наружу.

– И что? – спросил Майк.

– А то, что пришлось отстреливать мертвых и эвакуировать живых. И в этих чертовых трущобах искусали троих наших, а несколько десятков мертвяков ушли в сторону города. Так что осторожней.

– А что с живыми?

– Часть эвакуировали в лагерь в Росс-Корнер, а часть отстрелялась от нас и просто свалила на запад. И где они теперь и что делают, никто не знает. А мы пытались им же помочь, идиотам, чтобы их усопшие родственники на куски не порвали.