Я! Еду! Домой! Я еду домой!

Умрет кто-то за кордоном от естественных причин или под машину попадет – и будет еще мертвяк. А он уже кого-то покусает.

Кстати, а как так получается, что встают все мертвые? Даже те, кого никто не кусал? Но говорят, что эпидемия. Это значит, что мы все уже заражены? Тогда какой смысл карантинов? Отстрел гобблеров… ну, может быть, почему нет… И опять вопрос: если мы все заражены, почему я так хорошо себя чувствую? Надо бы хоть температурой маяться для приличия, или еще что. Или не заражен пока?

Так, «думой тяжкою томим», я дошел до клаб-хауса. На стоянке перед ним стояло лишь несколько гольф-картов[34] и один серый «Додж Рэм 3500» – огромный пикап с раздутым длинным кузовом и двойными задними колесами. Двери бара светились, и я вошел внутрь, толкнув створки. И удивился многолюдству: здесь словно собралась половина населения Койотовой Купальни. Напряжение сбрасывают, что ли?

Было шумно, играла музыка, даже сидячих мест для всех не хватало – многие просто стояли со стаканами и пивными кружками в руках. Были и мужчины, и женщины, все вели себя шумно, слышались смех и крики.

Многие были с оружием, но сложили его на столик у входа, где собралась немалая куча. Видать, Скотт, высокий тощий блондин, который был сегодня за бармена, настоял на соблюдении закона для посетителей.[35] Но вдруг я заметил, что и сам откровенно завидую веселящимся. После последних моих приключений кружка-другая пивка, да еще на рюмку чего-то крепкого, какой-нибудь «шот», показались мне чуть ли не пределом возможного в человеческих желаниях. Как неплохо было бы… а потом потолкаться в баре, поговорить со случайными собутыльниками о ерунде… чтобы не говорить о том, что на самом деле происходит вокруг. Неплохо было бы.

Я сглотнул слюну и направился к троим сидящим в углу за столиком и попивавшим колу. Одного из них я знал – Серхио Рамиреса, который жил через один дом от меня и работал в Первом городском банке Юмы. Несмотря на конторскую профессию, Серхио был хорошим спортсменом, а заодно и большим любителем пострелять. Мы регулярно сталкивались с ним на стрельбище, а несколько раз даже катались туда вместе. Сейчас он был одет в городской камуфляж серо-бело-черных оттенков, а у стены стояла винтовка «Винчестер 70» с мощной оптикой и сошками.

– Привет! – поздоровался я с ополченцами. – Том прислал меня к вам в подкрепление.

– Отлично, садись! – приподнявшись, пожал мне руку Серхио, отодвигая стул.

Я оказался между молодым бледнокожим парнем с черными короткими кудрявыми волосами, флегматично попивавшим колу, и средних лет худым дядькой, молча жевавшим сэндвич с индейкой, причем так сосредоточенно, словно он управлял космическим кораблем.

– Знакомьтесь. Это Андре. А это Майк и Боб, – представил нас друг другу Серхио.