Я! Еду! Домой! Я еду домой!

 – Ты где был, сволочь? Откуда ты взялся?

Он, естественно, не ответил, а продолжал спокойно и неуклюже идти ко мне. Босой, в серой шелковой пижаме, на запястье бинт. Нижняя часть лица перемазана кровью: уже ел кого-то. Совсем свежий, и кровь на подбородке свежая.

Я вновь отбежал назад, вскидывая пистолет и сбрасывая предохранитель. Мертвяк на оружие внимания не обратил, продолжая буравить меня своим жутким взглядом. Или это я такой трусливый, или у них и вправду с глазами что-то не так. Каждый раз, как встречусь взглядом, так аж колотит."

"Тем временем зомби обошел короткий капот фургона и двинул прямо на меня. И я выстрелил. Двумя «дабл-тапами» подряд, влепив без всякой надобности все четыре пули ему в лоб, почти начисто снеся верхушку черепа. Труп тяжело рухнул назад, завалив по пути пустые картонные коробки, стоящие у стены, и забрызгав своими мозгами белый борт машины. А я перевел дух. Какое там, к черту, «перевел» – я дышал так, словно километр пробежал изо всех сил, а руки у меня тряслись. Так и до инфаркта недалеко. Откуда он взялся? Почему так тихо стоял? Он что, все время стоял перед воротами? Зачем?

Ох, черт, сердце сейчас в горле застрянет. Это даже не стресс – это какой-то «караул». Убрав пистолет в кобуру, я открыл водительскую дверь фургона, вытащил оттуда дробовик и с ним наперевес осторожно пошел к выходу. Меня там целая делегация мертвецов не поджидает случайно? Но никого не было. Мертвецов не было, а вот из своего дома выбежал Том. И соседи слева глазели в окна со второго этажа.

– Что случилось? – крикнул Том.

– Гобблер пришел. Прямо ко мне в гараж, когда я ворота открыл!

Я беспомощно огляделся, не желая бросать труп в доме, пусть и покидаемом уже, и не желая в то же время хватать его руками. Том подошел ко мне, остановился, глядя на мертвеца.

– Это Уолтер. Я его знаю. Он живет на Джеронимо-стрит, – сказал Том.

– Впервые вижу, – ответил я.

– И он обратился дома, – добавил Том. – И уже кого-то ел. Надо бы проверить, что там творится.

Том достал радиостанцию из нагрудного кармана куртки и вызвал группу быстрого реагирования, которая сменила нас совсем недавно в «Десятой лунке». Рация ответила, и голос из нее пообещал появиться через минуту. А я преодолел брезгливость, нагнулся, схватился за воротник пижамы и попытался вытащить тяжелое тело наружу. Но труп начал выскальзывать из шелка, обнажая худой торс мертвенно-бледного воскового цвета. Ранений на нем я не увидел, кстати.

– Вон же перчатки у тебя, – показал Том.

Я обернулся. Точно, в углу гаража стояло красное пластиковое ведро для мытья полов, в сетке которого лежали резиновые хозяйственные перчатки. Я схватил их, натянул на руки, после чего вытащил труп на тротуар перед домом, где его и бросил.