Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

"

"Но на следующий день допроса не было, потому что ночью Комин попытался покончить с собой – правда, неудачно. В деле есть его предсмертное письмо, адресованное Ирине. В нем он признается в любви, пишет, что никогда «таких сильных чувств не испытывал», и не винит ее в том, что написала заявление в милицию. Просит простить за обиды, которые причинил, за то, что опозорил. «Иринка, ты за короткое время дала мне столько счастья, сколько я не видел за всю свою жизнь. Если есть жизнь на том свете, я тебя там буду любить вечно, такая моя судьба». А еще в том же письме просит прощения у матери, раскаивается в содеянном: «Господи, прости меня за все мои грехи!»

На трех фото – письма Комина

На других допросах Комин рассказывал, что еще в 1991 г. разработал план по обогащению с помощью подневольной рабочей силы, который включал в себя строительство подземного бункера под гаражом и похищение людей, обладающих нужными профессиональными навыками (в частности, умеющих шить). Откровения маньяка ужасали. Он, к примеру, поведал следствию, что со всеми женщинами-пленницами вступал в половую связь и, когда выбирал кого-то из них со словами «сегодня ты пойдешь», она была рада.

Вскоре Комин подал два заявления о явке с повинной. В одном из них сообщил, что якобы убил мужчину по прозвищу Серый, которого нашел бомжующим на вокзале и привел в гараж. Во втором – об убийстве младенца, которого якобы родила в подвале Ирина, но, поскольку другие «рабыни» были против ребенка, его заморили голодом, а тело Комин выбросил за деревню. Не прошло и нескольких дней, как он признался, что выдумал это, поскольку у него случаются галлюцинации и к нему является некая Глафира – его «хозяйка», которая бьет его плеткой (хотя следов не остается) и отдает распоряжения. Забегая вперед, скажу, что эксперты сделают вывод о вменяемости Комина. А история с Глафирой, похоже, была «изящной» выдумкой, чтобы уйти от ответственности. Позже Комин признался, что историю про якобы убитого бомжа Серого придумал, чтобы его из Кирова этапировали в город Вятские Поляны по месту проживания матери (там он смог бы увидеться с ней на свидании).

В октябре 1997 г. в его камере ИВС нашли запрещенные предметы: взрывчатое вещество в кружке с сахарным песком и что-то вроде заточки в куске хлеба. Комина поместили на 15 суток в карцер, и, похоже, там он немного повредился рассудком. Из рапорта сотрудника: «Ведет себя неадекватно, в обстановке ориентируется плохо. О себе говорит в третьем лице. Сидел, опустив голову, разглядывая угол, периодически крестился».

Когда Комина привезли на суд, он не смог ответить ни на один вопрос, поэтому его направили в психиатрическую больницу в связи с острым реактивным состоянием.