Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

Из досье:

Убийца напал на Юлию Гореву, когда та возвращалась поздно вечером домой. Драганер нанес девушке в общей сложности 56 ножевых ранений. Он не сомневался, что она умрет. Но Юлия выжила. Как только девушка вышла из комы, она стала помогать оперативникам в поиске маньяка. Несколько месяцев ездила с ними на машине по городу. Но убийцу не нашли. Однажды Юлия пришла в кабинет к следователю и заметила на его столе фотографию. Сотрудник хотел убрать снимки: «Это не по твоему делу». Но Юлия выхватила фото с криком: «Это он, он!» Снимки принес отец пропавшего накануне Ивана Ильюшенко (Драганер убил парня, когда тот начал подозревать его). На фото Ваня был в компании с Дракулой.

Куртка одной из жертв. Из материалов дела"

"– Разве вы сами пришли в полицию? Оперативники говорили, что вас задержали в военкомате.

– Так случилось, что знакомый (которого я убил к тому времени) числился в розыске как пропавший. И в связи с этим меня взяли из военкомата, где я в тот момент был на собеседовании. Меня полицейские расспросили – и все. Они ничего не заподозрили.

Я потом сам пришел. Началось следствие. Оформили как явку с повинной. Я юридически неграмотный был. Пришел заместитель прокурора области. Он потом стал главой следственного комитета по Волгоградской области. А на тот момент курировал следствие от прокуратуры, оформлял мое обвинительное заключение. В кабинете он сказал: «Получишь по максимуму!» А я ему: «Уважаемый, а как же явка с повинной, как же Уголовный кодекс?..» Его потом самого посадили.

– И вам приятно это осознавать?

– Подумал, как жизнь интересно складывается: человек копал под другого – и сам попал.

– Вы сами под себя копали, когда совершали все свои кровавые нападения.

– Да, согласен. Но я осознал, что это дорога в никуда. И решил облегчить душу. Но за явку с повинной пожизненный срок не дают, а я получил.

– Жертв вспоминаете?

– Ежедневно молюсь за них. Я думаю так: если бы рядом оказался мудрый взрослый человек, то я не пошел бы по этому пути.

– Компенсации по искам выплачиваете потерпевшим?

– Да, я работаю упаковщиком, вот с зарплаты и вычитают. У меня от пятерых потерпевших иски на 350 000 [рублей].

– Поддерживаете отношения с кем-то с воли?

– С мамой. Больше никого нет. Я пытался познакомиться через газету. Но не получалось. Теперь я понимаю почему. Женщины читали, что я женоненавистник, и не хотели связываться.

– А вы все-таки как к женщинам относитесь?

– Хорошо. Куда нам без женщин? Кто будет род продолжать? Я, кстати, против абортов.

Жалко, что нет подруги жизни. А так-то я хочу выйти, надеюсь, изменят приговор. Все-таки явка с повинной… И я бы уже не убивал больше. Гарантирую! Я ведь понял, почему раньше злоба была, и сейчас ее нет.